— Как ты отнесёшься к тому, что я больше никогда не выйду на лёд?
— Чего?! — Кирилл подскочил и уже через секунду стоял за спиной у девушки.
— Я ухожу, Кирилл. Что ты тогда мне скажешь?
Парень посмотрел в её изумрудные глаза через зеркальное отражение и увидел в них грусть и тревогу.
— Я ничего тебе не скажу. Я приму твой выбор и отпущу.
— Но всего час назад ты говорил, что никогда не отстанешь от меня. Оказывается, проблема так легко решается?
— Я отпущу тебя как партнёршу, но не как девушку.
— И ты не будешь зол, что я бросила тебя в самый разгар сезона? Не стану ли я тебе противна?
— Я расстроюсь, — честно признался парень. — Это дело нашей жизни, которое так и не завершится. Но я не стану злиться и отворачиваться от тебя. Но к тому моменту — это уже всё будет в прошлом.
— К этому моменту, — поправила его девушка.
— Ты серьёзно всё обдумала? — Таня не ответила на его вопрос, лишь пожав плечами. — Тогда может не стоит так резко обрывать все мосты?
— Я боюсь, Кирилл.
— Я знаю, Тань. Но я не он, я поймаю тебя. Я обещал, что больше никогда тебя не подведу.
— А что если я захочу исчезнуть? Поменяю номера и города, забуду всех вас?
— Значит я отдам всё что имею, лишь бы найти тебя, лишь бы быть рядом.
— Я же самая обычная. Таких, как я — тысячи. Выбери одну другую такую же, она тебя ничем не разочарует. Зачем я-то тебя нужна?
— Во-первых, таких, как ты — больше не существует. Во-вторых, ты нужна мне как партнёрша, которой я могу довериться. Я знаю, что ты никогда меня не предашь. А в-третьих, ты необходима мне как воздух. Ты самая крепкая моя опора в этой жизни. И раз уж я такой кретин, которому потребовалось почти восемь лет, чтобы понять насколько ты дорога моему сердцу, я готов бегать за тобой хоть всю оставшуюся жизнь, чтобы однажды ты сказала мне — да.
— Кирилл, я уже предала тебя и твои чувства.
— Тут скорее я предавал тебя каждый раз, когда ты кричала о своих проблемах. Я боялся видеть твои слёзы и потому прятался до тех пор, пока ты не успокоишься. Прости меня, милая. Я дурак.
— Обними меня, Кирилл. Так как никогда не обнимал.
И парень обнял её со спины, кладя подбородок ей на плечо и прижимая ближе к себе.
— У тебя волосы всё ещё мокрые, — он уткнулся носом в эту кучерявую копну. — Можно я их посушу?
— Как хочешь, — ответила Татьяна, а Кирилл, как-то совсем по-детски, обрадовался. — Фен в нижнем ящике комода. Бери и суши.
— Давай ещё пару секунд пообнимаемся, — прошептал тот. — Можно я тебе кое в чём признаюсь?
— Опять будешь вешать лапшу на уши про свою любовь? — Татьяна выразительно посмотрела на него через зеркало. — Уж извини, но к этому я пока не готова.
— Нет. К признанию в любви мы вернёмся, но это будет тогда, когда я затащу тебя в ЗАГС. Сейчас нужна совершенно другая истина.
— Не заводи эту шарманку.
— Тань.
— А?
— Ты лучшее, что случалось со мной за эти двадцать лет. Просто спасибо, что ты рядом.
— Спасибо, что терпишь меня, Кирилл. Я рада, что мы всё ещё вместе и даже крики Славянской не смогли разбить нашу хрупкую пару, — она похлопала парня по руке, что означало окончание объятий. — Но давай поторопимся. У нас до выхода буквально пятнадцать минут, а у меня действительно влажные кудряшки.
— Как скажешь, милая. Но если ты хочешь, мы можем встретить Новый год и здесь.
— Ну уж нет. После всего сегодняшнего стыда, я не готова всю ночь делить с тобой одну комнату. И я обещала твоей маме появиться на празднике.
— Конечно, — слегка огорчённо ответил Трубецкой.
— И тебе я тоже обещала там появиться. Поэтому будь добр, высуши уже мне волосы и пошли.
— Кстати, по поводу воровства у Разнова. Можешь брать мои вещи, я не буду возмущаться.
— Зря ты конечно это говоришь. Я ведь растаскаю весь твой гардероб. Голым ходить будешь.
— Бери столько вещей, сколько сможешь унести. Я не против.
— Тогда я приду к тебе с тележкой. Попрощайся с вещами, Кирилл.
— Мне не жалко, милая. Особенно для тебя.