— Тань, только первый день, а ты уже сломала кровать. Так ещё и не свою. Боюсь представить, что будет дальше. — Посмеялась я над подругой. — Уже предвижу эти заголовки при нашем выселении. Делегация спортсменов из «Академии Сияющих» разнесла пятизвёздочную гостиницу за пару дней проживания на её территории. Больший ущерб гостиничному комплексу нанесла новоиспечённая чемпионка мира — Татьяна Совинькова, которая поломала половину кроватей, находящихся в имуществе гостиницы.
— А ну не делай тут прогнозов, — крикнула мне Таня. — До чемпионки ещё дожить нужно. Зато теперь мы знаем, что эти кровати сделаны, мать вашу, из картона и прыгать на них нельзя.
— Ладно-ладно, — я развела руки в стороны. Фигуристы — народ суеверный. — Каковы шансы, что у нас в номере она проломит дырку в соседнею комнату, Кирилл?
— Зная её, даю гарантию — завтра она завесит эту дыру полотенцем и скажет, что так и задумано.
— Прекратите оба, — Таня кинула в нас отвёрткой, но мы успели увернуться. — Вроде бы не шатается. И если она опять сломается, Кирилл — то это уже твои проблемы.
— Ну спасибо, макаронина. — Кирилл встал со своего места и полез в шкаф после чего протянул мне пакет, наполненный шоколадом. — Таня сказала, что ты любишь белый шоколад.
— Но это же тебе подарили, — отнекивалась я, понимая, что это один из тех многочисленных подарков болельщиков, встречавших нас в аэропорту.
— Я не ем белый шоколад, поэтому перебрал все пакеты и искал, кому бы его сбагрить. Только не ешь всё это перед взвешиванием, иначе Славянская тебя сожрёт.
Ежедневное взвешивание перед обедом. Не самое приятное мероприятие.
— Спасибо, Кирилл, — я обняла товарища. — Тогда я пойду пробегу пару кружков, иначе Иринка действительно оторвёт мне голову. Тот литр сока и сахар в нём, который был выпит мной в самолёте, сам не растает.
— Таня присоединиться к тебе чутка попозже, — он закрыл за мной дверь и обратился к девушке. — А то тот съеденный пирог явно был лишним. И мы на практике в этом убедились. Бедная моя кроватка.
— Если бы не ты, — прошипела Сова, сидя на полу и укоризненно глядя на Трубецкого. — Зачем ты меня кинул на эту грёбанную кровать?!
— Ну силу не рассчитал, что ты начинаешь? — усмехнулся молодой человек и выразительно ей подмигнул. — Хочешь, можем повторить?
— Чтобы ты опять навис над мной, и мы услышали хруст ломающейся ножки? Ну уж нет, мне одного раза хватило. Все игры теперь только на полу.
— Ты сама это предложила, Танюша.
— Гофман, твою же дивизию, — ворчал Русаков, записывая вес девушки. — Прекрати пить свои чаи и жиросжигатели. У тебя, что не день, так минус пятьсот грамм стабильно.
— Да у меня просто метаболизм хороший, Виктор Станиславович.
— Если ты у нас допинг пробу не пройдёшь, я тебе потом такой метаболизм устрою, — сказала ей Славянская. — Я уж не знаю, что именно ты там жрёшь, но честное слово — если не прекратишь, я тебе организую полное промывание организма. Вот тогда ты точно повеселишься.
— Я настолько боюсь этих моментов, что у меня даже дома весов не имеется, — прошептала мне Алиса.
— Я свои разбила, когда увидела привес в полкилограмма. — Честно призналась я. — Мать убила бы, если бы узнала о таких цифрах.
— Трусихи, — бросила нам Татьяна, вставая на весы. — Всё чётко, Виктор Станиславович?
— Вес, как обычно, колеблется в допустимых рамках.
— Меньше или больше стало с прошлого раза? — поинтересовалась Совинькова.
— А это имеет какое-то значение, если у тебя всё в норме? — скучающе спросила Ирина Владимировна.
— Это просто интерес, — как-то загадочно ответила Таня. — Чтобы проверить одну теорию.
— Меньше на двести грамм, — тихо ответил второй тренер. — Тебя устроит такой расклад?
— Вполне, Виктор Станиславович, — она показала Трубецкому язык, ознаменовав свою победу и доказывая, что именно по его вине, пару часов назад, случилось происшествие с поломкой мебели.