— Вы не поверите, если я расскажу, Ирина Владимировна. Тут лучше показать, — я стянула спортивную перчатку, показывая ей безымянный палец правой руки. — Правда красиво?
Она удивлённо на меня посмотрела и улыбнулась:
— Да ладно? Серьёзно? Он наконец-то решился? — я удовлетворительно кивнула. — Я надеюсь, ты согласилась? — я вновь кивнула. — Ну поздравляю, Мороз.
— Я сказала, что всё будет решено только после чемпионата и моей победы. Пока — мы всё ещё парень и девушка.
— Не умри от радости только, — старший тренер по-дружески приобняла меня за плечо. — Ты заслужила, Каролина. Я безумно рада за тебя. Таньке то рассказала?
— Она знала всё с самого начала, просто мне не говорила. Где её женская солидарность — я не знаю. Зато теперь весь мозг мне проела с платьями подружек невесты и другими приготовлениями.
— Это же Совинькова, тут другого и не ожидалось, — Славянская оторвала меня от бортика, заставляя отъехать от неё. — Иди работай, влюблённая дурочка, а то твоё золото от тебя сбежит.
— Как скажете, Ирина Владимировна.
— Что это с ней? — спросил Русаков, когда я вновь вернулась к тренировочному процессу. — Такое чувство, что ты разрешила ей отдохнуть на один день больше, чем обычно.
— Тут другая причина, — она выразительно посмотрела на второго тренера, показывая ему безымянный палец правой руки. — Понял?
— Да ладно? Дожили наконец-то! Мы всей Академией ждали, когда Король наденет ей кольцо на палец. Надо Илюше и Ксени рассказать, пусть порадуются.
— Гулять видимо тоже всей Академией будем.
***
— Ты там хоть дышишь? — донеслось с другого конца телефона. — А то ощущение, что кто-то сейчас умрёт от недостатка воздуха.
— Стараюсь дышать, — ответила я. — Ты смотришь?
— Уже включил телевизор, льдинка. Тут Вирская катает.
— Значит у меня ещё пару минут.
— Ты последняя?
— В этот раз да.
— Это всего лишь короткая. Ты справишься.
— Это не просто короткая. Для меня она сложнее всего. Мне кажется я сейчас умру от передоза эмоций.
— А ты успокойся и посмотри на руку. Я рядом, пусть и далеко.
— Я знаю, Саш. Я знаю.
— Ты будешь первая, льдинка. Другого и быть не может. Мама с тобой?
— Сегодня да. Хотя я просила её не приезжать. Знать, что она в зале — это ещё один повод понервничать. Но она сказал, что будет только на короткой, поскольку я всегда нервничаю в первый день.
— То есть завтра её не будет? — повисла небольшая пауза. — Вирская на середине программы.
— Пора собираться, — констатировала я. — Если мама будет и завтра, то я с ума сойду. Позвони ей и попроси, чтобы сидела дома с Екатериной Романовной и наблюдала через телевизор.
— Моя мама тоже там? — усмехнулся Саша.
— О да, они целой делегацией, вместе с Ксенией Александровной, сидят на трибунах и машут флажками. То ещё зрелище.
— Надеюсь репортёры их заснимут. Хочу увидеть это собственными глазами. Вирская заканчивает, на дорожке уже.
— Мне надо бежать.
— Я передам нашим матерям твою просьбу, не переживай. Удачи тебе, льдинка.
— И тебе, Саш.
— Люблю тебя, Каролина. Поставь уже наконец-то долгожданную точку в этой истории и приходи ко мне.
— Я постараюсь. Обещаю.
— Лина! — Таня налетела на меня с объятьями, когда я вернулась в нашу комнату в общежитии. Несмотря на то, что мы уже почти не ночевали тут, эта комнатушка до сих пор была наша. — Невероятный отрыв! Вирская пади локти кусает сейчас. Она явно не ожидала такого расклада.
— Такое ощущения, что я сделала что-то выдающееся, — засмущавшись ответила я. — Я просто откатала чисто и на максимум.
— Ты просто уже наполовину чемпионка мира! А так ты права — ничего выдающегося, — Таня стукнула меня по плечу, приводя в чувства. — Когда мы увидели баллы, то чуть не разнесли с Кириллом и Лией всю спортивную ложу. Ты вообще понимала, что там происходило?! Зал скандировал! Я никогда не слышала таких криков.