Ещё одной занозой в пятой точке Дениса стала Татьяна, которая каждый вечер приезжала к нам в гости и сводила его с ума. Иногда она оставалась у нас с ночёвкой, после чего Ден предлагал нам с ней съехаться и жить без него, на что Тани лишь показывала ему неприличные жесты.
***
— Тань, вот честное слово, — Денис положил на диван подушку и одеяло. — Спать в моей кровати с моей девушкой, при живом мне — это уже верх наглости.
— Ты прям как Кирилл, вечно чем-то не доволен.
— Ты занимаешь моё место, Сова.
— Прекратите спорить, — я выглянула из спальни и уставилась на друзей. — Если вы собрались драться, я не стану вас разнимать.
— Не переживай Денис, я не сделаю ничего дурного без её просьбы.
— А если я попрошу? — я подмигнула девушке, уклоняясь от подушки, которую запустил в меня парень. — Кого-то ревность заела!
— Ну если попросишь… — подхватив инициативу, продолжила Татьяна. — Только пусть Разнов не подглядывает и к нам не ломится.
— Да вы издеваетесь! — Денис рухнул на диван, изображая бессилие. — Это ранит мои чувства.
— Позвони Эдику, — бросила ему я. — Он вылечит твои раны новой порцией рабочих часов.
***
Сегодня мы собирались у Даши на даче, чтобы отметить Новый год. Эта была самая спонтанная идея, родившееся в Дашиной голове за последние несколько лет, поскольку её традицию — праздновать этот праздник в гордом одиночестве — никто не решался нарушать.
Я спустилась со второго этажа, где девушки обустраивали места перед телевизором, поскольку некоторые наши гости исчезли из поля моего зрения.
— Что вы тут делаете? — поинтересовалась я, когда оказалась на первом этажа. — Разнов, ты совсем оборзел!?
Денис уронил ложку на пол и повернулся ко мне:
— Ну милая, вкусно же.
— Прекрати жрать оливье прямо из кастрюли! И вообще, — я забрала её из его рук. — Оставь другим!
— Так я же не один ел, — Денис указал на друзей, стоящих рядом. Трубецкой спрятал ложку в карман джинсов, а Капрунов сделал вид, что столовый прибор, валяющийся за другими тарелками, ему не принадлежит. — Этим олухам ты ничего сказать не хочешь?!
— У них есть свои воспитательницы. — Я злобно зыркнула на друзей. — Пусть молятся, чтобы я не доложила им об их поведении.
На лестнице послышались шаги и к нам спустилась хозяйка жилища:
— Пацаны, я их отвлекла! Что у вас тут вкусненького?
— Даша… — прошептал Разнов, указывая на мою недовольную физиономию. — Лучше молчи.
— И ты туда же!? — удивилась я, пряча кастрюлю за спину. — Я не перестаю удивляться!
— Что за кипишь? — Алиса спустилась вслед за розоволосой девушкой. — Капрунов, ты жрал салат с майонезом?
— Да, — честно признался тот. — Я заслуживаю смерти?
— За то, что жрал его без меня? Да! Дайте мне ложку, я тоже хочу!
— Уйдите живо, — я приняла оборонительную позицию, ставя кастрюлю на кофейный столик. — Только попробуйте ещё раз залезть в мой салат! Подождите до ужина!
Таня и Лия спустились именно в тот момент, когда Денис носился с салатом по первому этажу, попутно поедая его.
— Годы иду, а ничего не меняется. — Прокомментировала ситуацию Татьяна. — Как дети малые. И ведь так происходит каждый раз, как мы собираемся.
— Лина, — окрикнула меня Лия. — У нас ещё два ведра этого оливье, пусть едят.
— Это мой оливье, я его почти сутки готовила! — ответила я. — Трубецкая, чёрт тебя возьми, помоги!
— Как? — одновременно отозвались Татьяна и Лия, когда Кирилл преградил мне путь в сторону Капрунова и Разнова.
— Да не ты, Тань. Ты для меня на всю жизнь Совинькова! Трубецкая для меня тут только одна. Лия, угомони своего брата!
— Я похожа на мамочку? — усмехнулась белокурая девушка.
— Да! — сказали все разом.
— Кирилл, — Таня сделала грустное лицо. — Каролина не признаёт наш брак и смену моей фамилии.
— Кольца носить начнёте, тогда признаю, — я преградила Алисе и Даше путь к холодильнику. — Уйдите, черти!