Я сделала вид, будто ничего не слышала и уткнулась в книжку. Будь Татьяна сейчас рядом, то Ким явно бы проживала свои последние минуты, уж слишком сильно Тане нравился Кирилл. Однако меня их отношения совершенно не касались, поэтому пусть разбираются самостоятельно.
— Вы не против, если мы с Марком к вам зайдём? — обратился он к нам. — У меня есть гитара.
— Ты играешь?
— Играю, не очень хорошо, но играю.
— Никогда бы не подумала, — удивилась я. — Видимо я слишком плохо тебя знаю.
— У нас всё впереди, Мороз, — он задорно мне подмигнул и рассмеялся, а я встала в лёгкий ступор и покраснела.
— Не заигрывай с ребёнком, — с упрёком сказала Алиса.
— Да шучу я, шучу.
— Знаем мы ваши шуточки, Кирилл Вячеславович, — Лия слегка отодвинула дверь ногой и зашла в купе, оставляя на столе нашу запрещённую еду.
— Как официально, мне даже нравится. А я погляжу, наш новый тренер привлекает детей к запрещённой продукции, Ирина Владимировна будет недовольна.
— Кстати, с чего это ты стала нашим новым тренером? — поинтересовалась Совинькова, зайдя за Трубецкой следом.
— Так получилось, — она села рядом со мной и закинула ногу на ногу. — Больше я не выйду на лёд в составе синхронного катания, — мы с Татьяной переглянулись. — Травма не позволяет мне тренироваться в том режиме, в котором это необходимо для получения медалей чемпионатов. Поэтому мама, — она осеклась и поправила себя, — Ксения Александровна, предложила мне такой выход. Я стану вторым тренером по физической подготовке, а после спокойно закончу университет и приду в Академию с медицинским образованием, а там уже посмотрим.
— Лия… — начала было Татьяна.
— Не стоит, Тань, — она одарила подругу тёплой и понимающей улыбкой. — Я в порядке. Просто теперь мне нужно привыкнуть к новому образу жизни. А это уже не так сложно, как всё предыдущее.
— Так, а ну прекращаем разрезать старые раны, — Кирилл слегка потрепал сестру за плечо и улыбнулся. — Я за гитарой и Марком, и сразу к вам.
— Алиса, — Лия встала и заглянула на вторую полку. — Спускайся, мы на тебя тоже запрещёнку заварили.
— Я вроде бы вас об этом не просила.
— Ким, давай так. У нас затяжное перемирие. Спускайся и поешь.
— Это не еда.
— Могу предложить тебе суп, который не внушает доверия.
— Откажусь.
— Алиса, — обратилась я к ней. — Спустись к нам, поболтаем. Тем более, сейчас ребята придут.
— Из-за этого я ещё меньше хочу оказываться внизу.
Как бы Ким не противилась, но всё-таки, общими усилиями, нам удалось спустить её ко мне на постель и посадить около окна, чтобы не сильно рушить её сказочный потайной мир. Да и голод смог взять верх, поэтому уже через пару минут — лапша испарилась из пластиковой тарелки.
Чтобы внизу освободились места, нам пришлось немного изменить своё положение. Поскольку Алиса решила не задерживаться в нашем обществе, и покинула купе, Марк занял её верхнюю полку, а Татьяна, переборов страх падения, оказалась на своём месте, прямо напротив чарующего взгляда Марка.
— Так что играем? — поинтересовался Кирилл, настраивая гитару.
— Что-нибудь не нудное, а то зная твой вкус, — Лия легонько толкнула брата в бок, а после положила голову ему на плечо. — Мы тут все заплачем и заскучаем.
— Тогда типичные песни для поезда, молодости наших родителей? — Кирилл улыбнулся, когда получил положительный ответ, и начал играть.
В самом начале мы все активно рвали глотки, а после дали возможность Лии и Кириллу проявить себя.
Где-то наверху, Марк с Татьяной о чём-то тихо переговаривались, и в конце он даже протянул ей руки, которую она с огромной радостью приняла, после чего оба задремали.
— Ты погляди, как наша рыжая бестия спокойно спит, — хмыкнул Кирилл, видя, что Марк распускает руки к его партнёрше намного больше дозволенного (конечно же, по его мнению).
— Ревнуешь? — поинтересовалась Лия.
— Ага, конечно. Не больше, чем тебя к нему.
— Ну, ну, — Трубецкая выписала брату слабый щелбан. — Потом жалеть будешь, что упустил.