Вот мы и подошли к финалу, мой друг. Я рад, что ты остался со мной. Я горд, что в тебе не ошибся. Через мгновение проникнешь ты в тайну тайн. Через мгновение ты овладеешь СЛОВОМ.
Знай же, что имя грядущего хозяина мира, имя Истинного Господина, имя Чёрного Брата… Знай же, что имя Его – МОРОНГЛОРР.
* * *
Никогда не открывайте писем от неизвестных адресатов в электронной почте!
Моё проклятое любопытство заставило меня пренебречь этим правилом и совершить ошибку, ставшую роковой.
Открыв письмо, я узнал историю Генриха, узнал о смертоносной цепи, по которой передаётся это послание уже не одну сотню лет, узнал последнее зловещее СЛОВО.
Автор письма, пересказав историю Генриха, поведал и о себе. Поведал о том, что произошло с ним самим, после того, как он стал очередным получателем послания смерти.
Поведанное им было жутким. Сначала, он естественно не поверил тому, что это может быть правдой. Как и любой из нас, счёл содержание розыгрышем, и отправил письмо в корзину. Через неделю утонул его самый близкий друг. Спустя три дня после этого в кошмарной аварии погибли родители. Едва он похоронил их, как у его девушки обнаружилась тяжёлая форма рака…
Письмо было возвращено из корзины, и переслано на случайный Е-мэйл. Неведомый жребий выбрал меня.
Точно так же, как отнёсся по первости к письму предыдущий его получатель, точно так же, как, без сомнения, читатель, к письму отнесёшься ты сам, взглянул на него и я. Злая шутка талантливого фантазёра, рассчитанная на впечатлительных девочек. Ещё, помнится, я подумал тогда, что если по интернету гуляют так называемые «письма счастья», то почему какой-нибудь пакостный человек не может рассылать «письма беды»? Через пару минут после прочтения я и думать забыл об этом письме, переправив его в папку «спам».
Между тем, город наш будоражили страшные новости. Последние несколько месяцев в городе пропадали дети. Позже их маленькие тела находили в водосточных канавах, мусорных баках, канализационных люках и на заброшенных пустырях. Находили их сожжёнными, растерзанными, расчленёнными, со следами нечеловеческих надругательств… Как сообщали нам новости, полиция сбилась с ног, но чудовищный выродок оставался неуловим.
В тот распроклятый день, о котором мне бы хотелось забыть навсегда, мой старшенький, мой Аркашка, позвонил мне на сотовый.
– Папа! Географичка заболела. Нас отпускают домой! – звенел радостный голосок.
– Аркадий, дождись маму в холле, – строго приказал я.
– Ну, папа. Её придётся ждать целый час!
– Кому я сказал?! – повысил я голос, – ты хочешь попасться маньяку?
– Ну, папа! Ведь дом же всего в двух шагах, – заканючил Аркашка. – Как будто этот маньяк только и делает, что за мной охотится! Вон Сашка Никифоров домой сам пошёл, и Толик, и даже Светка Бородина. Я что, хуже девчонки, что ли?
– Если у них родители безмозглые, – я уже кричал, – и позволяют им в такое время ходить одним, то это не значит, что мы с мамой тебе тоже такое позволим!
– Ну и не позволяйте! – обиженно выпалил Аркашка и отключился.
…Тело нашли неделю спустя, в гнилой заводи на Белой реке. С трупика была снята кожа… Опознать тело с полностью содранной кожей. Ты можешь представить, каково это?! У нас оставалась надежда на генетическую экспертизу. Так хотелось обмануть кровоточащее сердце, которое упрямо шептало: «господи, это же он…». Бедное сердце шептало своё, а разум взрывался отчаянным воплем: «Нет! Нет! Нет!!!». Экспертиза подтвердила правоту сердца…
Мы с женой были раздавлены. Мы были просто похоронены заживо. А ведь я тогда и не вспомнил об этом письме. Ах, если бы вспомнил! Если я б тогда вспомнил!!!
Аня, моя супруга, уже третью неделю молчала. Она не пролила не слезинки, ни на похоронах, ни после. День за днём, если она не спала, то раскачивалась, сидя на стуле, уперев невидящий взгляд в некую точку на белой стене нашего зала. Но в это воскресное утро произошло чудо. «Сделай мне кофе», – тихо сказала она. И это были первые произнесённые ею слова, с того адского мига, когда судмедэксперт протянул нам бумагу, лишившую нас последних надежд.
– Анюта! – я обнял её за плечи, – А давай-ка мы с тобой выберемся куда-нибудь, а?
– В Лебяжий лог? – медленно, будто бы просыпаясь ото сна спросила она.
– Конечно, в Лебяжий лог, любимая! Я помогу тебе одеться.
На окраине нашего города раскинулась живописная роща. Берёзы вперемешку с рябинами, кое-где сосновые островки. Летом грибы и ягоды, зимою – прогулки на лыжах. Эта роща для нас с Анютой особая. Здесь, за надёжной завесой кустов, в густой васильковой траве мы впервые любили друг друга. Рощу пересекает широкий овраг, на дне которого когда-то плескалось крохотное озерцо. По весне и осенью на гладь его опускались передохнуть перелётные дикие лебеди. Потому и получило место это такое название – Лебяжий лог.