Соло заглянул под стол. В руках у Венета был бластер, направленный на Лею.
- Одно нервирующее меня движение и девчонке – конец.
Слова возымели странный эффект: девчонка не испугалась. Она посмотрела на побледневшего от злости Хана, на взъерошенного вуки и сказала только одно:
- Чуи, сейчас или никогда!
А дальше случилось несколько вещей. Буквально, за считанные мгновения.
К Соло подъехал обслуживающий дроид и дал комлинк с куском пластика. Тим на мгновение перевел глаза на неожиданный подарок кореллианцу, как Чуи, рыкнув, перевернул стол. Бластер выпал и, заложив невероятную траекторию, упал близко к выходу. Вуки, сибовец и Хан кинулись к нему, но Тим успел раньше, так как был много ближе.
Тим поднял бластер.
- Нет! – крикнула испуганно Лея. Соло рефлекторно обернулся, испугавшись за ее жизнь. Раньше принцесса не орала по пустякам. Но в эти секунды разом случилось несколько вещей, слившихся в непрерывный калейдоскоп движений и образов. И восстановить произошедшее пошагово удалось только специалистам СИБ, проанализировавшим записи камер наблюдения.
Парочка, сидевшая в кафе, вскочила, с явным намерением вмешаться. Девушка что-то быстро говорила в комлинк. Парень доставал оружие. У официантки тоже откуда-то появился бластер. Ремонтирующий вывеску человек еще не успел выключить комлинк после сообщения сотрудницы, : и тут все произошло. Как раз в тот момент, когда Хан отвернулся, подставив бластеру беззащитную спину, внезапный порыв сильнейшего ветра ворвался в кафе небольшим смерчем. Распахнул дверь, опрокинул пару стульев, прозвенел лопнувшими бокалами: а затем подхватил Венета и с силой швырнул о ближайшую стенку. И, прежде чем стихнуть, захлопнул входную дверь. У Венета задрожали руки, и бластер упал к его ногам. Затем оперативник медленно сполз по стене и остался неподвижен, напоминая сломанную игрушку. В уголке рта показалась темная кровь.
Все, кроме беглецов – остолбенели.
Соло подобрал бластер. А принцесса подбежала к предателю, взяла его комлинк, постаравшись не наступить в расползающуюся кровавую лужу. Похоже, у неудачливого предателя было несколько открытых переломов.
- Мама, мне холодно: корабль двумя уровнями выше... почему я забыл сказать о нем СИБу? Подвел директора:и Императора. Это – всё девчонка. Я. Сам. Виноват. Недооценил. Нас предупреждали о давлении. Способностях. Не верил. Теперь все пропало. Айзенн победила. Империя в опасности. Альянс. Заговор удался. Как же холодно: значит, это так и бывает? Вот просто так?
Тим приподнялся и вцепился принцессе в плечо, прежде чем взгляд его остекленел.
Лея Органа стала понимать: «Он же молчал! Ни слова не сказал вслух. Даже губами не шевелил. Но я слышала! Как? А как он...»
- Лея! – крикнул тем временем Хан быстро. – Уходим.
- Вы забыли это! – официантка пнула ногой датпад и пластиковую карточку.
- Лея! – лишний адреналин схлынул. Хан присмотрелся повнимательнее и увидел принцессу, словно в трансе сидящую над оперативником. Тот был мертв. Только этого не хватало! И окружающие какие-то странные, смотрят на нее, как: на Вейдера. И явно боятся подходить близко. С ума все посходили что ли? И Хан крикнул другу: – Чуи! Уводи Лею! – затем нагнулся, подбирая предметы, чуть не споткнувшись о подножку. Удержал равновесие и дернул официанту на себя. Свободной рукой, заломил ей руку, до хруста и яростным шепотом, на ухо произнес: – Если хочешь жить – не вмешивайся. Поняла? Поняла?! – крикнул он.
- Да.
- Отсюда есть задний выход?
- Да. Убирайтесь, – крикнула она и внезапно тихо добавила, – скорее же, я задержу остальных. На вашем датпаде – схема. По ней вы отыщите свой корабль. Карточка – ваше разрешение на взлет. Быстрее. На кухню, через нее на улицу – и к лифту. У вас преимущество максимум в пять минут. В пять.
- Чуи! – крикнул Хан, отпуская неожиданную помощницу. Размышлять о подобных сюрпризах – не было времени. Вслед беглецам понеслись выстрелы. Затем: краткая пауза и новый сюрприз, ударивший в спину волной воздуха с мелким мусором. Соло сдавленно охнул, когда кусок обгорелого пластика глубоко вспорол руку подобно клинку. Подняться и бежать, запрещая себе думать о ране, о будущем, о том, что случилось. Через кухню, мимо разогретых пластин, пара и тошнотворного запаха горелого масла, мимо удивленного персонала, мимо рабочих склада – в глухой переулок. Там их ждало два человека. Хан не раздумывал ни секунды – рефлексы, выработанные годами, – два выстрела, и путь чист.
Лея стояла у стены и покачивалась с неестественно бледным, белее платья, лицом, обретающим нездоровый зеленоватый оттенок.
- Лея, нужно спешить.
- Я убила человека, – тихо проговорила она, и ее начало рвать. Вырвало соком.
Хан подбежал к ней. Встряхнул ее за плечи. Лея отдала ему комлинк оперативника.
- Я его убила.
- Глупости! Я все видел – ты даже к нему пальцем не притронулась.
«В том-то все и дело!» – хотелось крикнуть ей, но стало не хватать воздуха, стены поплыли.
- Только не это, – Хан лупил ее по щекам, – Лея, не вздумай терять сознание. Не. Теряй. Сознание. Твою. Мать.
Раздался резкий хлопок, и сзади повалил едкий дым.
- Чуи, бери ее и бежим. Реанимируем в лифте.
Заварушка вышла отличная. Три трупа и взрыв.
«Оставаться тут нельзя ни секунды. За подобное сопротивление по головке нас не погладят».
Арманд и Айзенн прислушались к шуму. Выглянули в окно. В кафе отсутствовала часть стены, кругом валялись обломки мебели, начинался пожар. По счастью, убитых вроде бы не было. Как позже установили аналитики, случайный выстрел попал в баллон «сварщика», оставленный у стены. Ротозей-сотрудник понес наказание. А младшая Исард похвалила «официантку» за меткий выстрел. Но это было потом. А сейчас:Айзенн расстегнула молнию комбинезона, одно движение – и бластер лег в кобуру на руке. Застегнулась. Отец оглянулся, посмотрел на деловито собирающуюся дочь. Понял, чем его удивил ее наряд. У нее был капюшон, откинутый на спину. Странно, никогда он не замечал у нее любовь к капюшонам. Да и потом, куртка или плащ с капюшоном – это понятно. Но вот комбинезон?
Дочь прошлась по офису, что-то явно высматривая. Отодвинула один из диванов к стене. Пару раз пересекла по диагонали комнату.
«Нервничает!» – улыбнулся Арманд, а вслух произнес:
- Узнаю твой стиль: устроить заварушку и смыться, импровизируя на ходу. Но я учел всё это. Пленники не столь важны, хотя и их скоро догонят. Гораздо важнее, что я уже более пяти минут не выходил на связь. Слышишь шум? Это последняя группа. Мои люди. Они знают твою манеру работы. И сделали нужные выводы.
Айзенн спокойно отозвалась:
- Оттого, что ты видишь хаос, не значит, что нет более высокого порядка, куда бессмыслица органично вписывается.
«Молодец. С выдержкой – блестяще! Но ты в западне».
- Сдавайся.
- У меня остался еще твой бластер, – она продемонстрировала ему оружие.
- А мои люди за дверью. Тебе не выйти.
Айзенн включила коммутатор. Переговоры. Так все и есть – отец не блефовал.
Взять со стола небольшой пульт.
«Что это?» – устало подумал он. – «Оружие? Вроде не похоже».
- Что это за игрушка? – немного напугано, немного развязно спросил Арманд.
Айзенн нажала кнопку. Северная панель отъехала, впуская шум улицы и ветер.
- Не хочешь посмотреть на бездну?
- Я не самоубийца! Там пропасть, ситх знает на сколько уровней вниз!
- Ну не хочешь, как хочешь, – сказала Айзенн, а сама отошла от открытого проема к противоположному окну, выходящему на площадь и кафе, – До свидания, папуля, – сказала она. И, в тот момент, когда группа сибовцев ввалилась в офис, справившийся с дверью, она, разбежавшись по диагонали комнаты, которую до этого мерила шагами, прыгнула в провал.
Арманд ахнул, и, подбежав к окну, схватившись за панель, осторожно высунулся наружу. Остальные, впрочем, тоже: одно дело читать о чем-то таком в отчетах – другое дело видеть собственными глазами.
Айзенн сгруппировалась, сделала в воздухе сальто, и плашмя стала падать лицом вниз. До последнего, рискуя вывалиться следом, Арманд с группой виртуозов провожал глазами алую фигурку, которая падала-падала и падала.