Ну не готова я ещё прямо признаться. Надеюсь, и так поймёт, что хочу сказать. Ладони Ринала чуть сжали плечи.
— Не знаешь, насколько серьёзно я к тебе отношусь? — он безошибочно угадал то, что не давало мне покоя с момента появления волшебника во дворце. — Думаешь, невозможно после смерти любимого человека снова встретить кого-то, кого не хочешь потерять? А если это правильно, Ники? Если тебе ещё раз даётся шанс? И мне заодно, — тихо добавил он. — Раз не сберёг Альмарис…
Сердце забилось быстрее.
— Из-за этой штуковины, — он кивнул на браслет, поблёскивавший на моей руке, — я лишился женщины, научившей меня любить. Но благодаря ей же, — Ринал улыбнулся, — встретил тебя. Второй раз уже Артефакт сводит меня с девушками. Мы ведь похожи, Ники, ты не замечала? И знаешь, если для того, чтобы ты осталась рядом со мной, придётся нарушить ещё и законы твоего мира, я это сделаю. В конце концов, у меня уже есть опыт.
Было бы слишком хорошо, признайся он сейчас, что тоже любит меня. Но хватило и того, что сказал. Страх немного отпустил, однако сомнения и тревога не ушли, затаившись где-то на самом дне души.
— Иди-ка сюда, — он неожиданно нагнулся и взял меня на руки. — Я знаю самый лучший способ расслабиться.
Почему-то я знала, что Ринал имел в виду не секс. Он ведь, чёрт возьми, действительно каким-то образом умеет чувствовать, что мне нужно. Уложив на кровать и сняв полотенце, волшебник продолжил массаж. Кажется, я так и уснула, потому что почти не помню, как оказалась под одеялом. Всё-таки здорово, когда под головой не подушка, а мужское плечо, сразу чувствуешь себя так спокойно, так уютно…
Утром мы немножко поспорили, что же мне одеть — я настаивала на штанах и рубашке, надоело спотыкаться в юбках, Ринал невозмутимо отвечал, что ещё успею, и в платье смотрюсь гораздо лучше.
— А если бежать придётся? — я нахмурилась, уперев руки в бока.
— Надеюсь, всё-таки нет. Давай, Ники, сейчас уже Сэнди придёт, а ты ещё не одета. Потом шуточек не оберёшься, — он усмехнулся и протянул платье из фиолетового шёлка.
Как только волшебник застегнул последнюю пуговичку, раздался громкий стук в дверь. Я открыла, пропуская Чертёнка.
— Ну, готова? — она остановилась посередине гостиной. — Дай мне руки, закрой глаза и представь Инес.
Я выполнила её просьбу. Ладоням стало тепло, и одновременно браслет начал нагреваться. Опа, что за фокусы? Но Сэнди уже закончила и отпустила меня.
— Всё, отлично, — она кивнула. — А знаешь, её лицо мне кого-то напоминает, — Чертёнок задумчиво прищурилась, взгляд стал отсутствующим. — Нет, не знаю, ничего не приходит в голову, — девушка вздохнула. — Всё, ребята, я побежала, надо раздать указания. Удачной прогулки.
Мы решили не сильно удаляться от дворца, на всякий случай. Едва оказавшись на улице, я почувствовала смутную тревогу, словно мы что-то упустили, какую-то маленькую деталь.
— У меня плохое предчувствие, — нахмурившись, сказала я.
— Да? — Ринал окинул улицу взглядом. — Пока всё тихо, не ощущаю присутствия Кейна. Конечно, не сомневаюсь, он примет меры, но у меня на него уже какое-то чутьё, что ли. Сейчас его здесь точно нет.
— Он не будет следить лично, — я покачала головой. — Мне почему-то кажется, Кейн не собирается светиться, предпочитая делать дело чужими руками. И за Инес он точно не пойдёт во дворец.
— В этом ты права, — согласился Ринал, свернув в кафе, где несколько столиков находились прямо на улице. — Присядем?
Мой взгляд скользнул по его рукам, и я наконец решилась задать вопрос, занимавший меня чуть ли не с первой встречи.
— Слушай, извиняюсь, если лезу не в своё дело, — на щеках появился лёгкий румянец, я сосредоточенно изучала узоры на салфетке. — У тебя кольцо было…
— Я оставил его в Тол Эммере, — спокойно ответил Ринал. — Лишние воспоминания, знаешь ли, больно было. А ты, я смотрю, носишь?
Пожав плечами, я коснулась тонкого золотого обруча на левой руке.
— Сначала не хватало духу снять, потом как-то привыкла, — тихо ответила я. — До последнего цеплялась за прошлое, страшно было избавляться от… вещей, которые напоминали время, когда я жила не одна.
Он молча накрыл ладонью мои пальцы, чуть сжав их. Ладно, чего уж там. Время действительно лечит, теперь только грустно немного.
— Мы как-то заговорили о смерти, — продолжила я, чувствуя потребность выговориться. — И он сказал, что не хочет, чтобы я тосковала, если вдруг его не станет. Чтобы не оставалась одна. Он знал, это мой самый большой страх. Но я слишком любила его, и не могла представить никого рядом с собой. Я почти не выходила из дома…