- Не понял? - удивленно посмотрел на него Кирилл Сергеевич, - как ты мог об этом узнать? Тебе же запретили пользоваться любым видом сетей?
- Ну не совсем…Видишь, что я выпросил - и Эдик протянул руку в сторону крыши, на которой висела небольшая спутниковая тарелка.
- Как же они разрешили тебе ее поставить?
- Ну она же “однобокая”, только на прием сигнала работает. Я им напел, что мол в такой глуши, без телеэкрана и любимой Корпорации тоска смертная, ну они и сжалились. Так, что Кира, лесть, это мощнейшее оружие, прими на заметку!
- Да погоди ты, я не пойму, если она только для приема сигнала, как ты узнал, что мы едем, ведь мы не звезды эстрады, в утренних новостях о нас не сообщали - сострил Кирилл Сергеевич.
Бауэр хитро прищурился и погладил свою густую рыжеватую бороду.
- Кира, ты меня обижаешь, Бауэр не был бы собой, если бы не смог придумать лазейку в сеть. Главное есть “нора”, а найти второй вход дело техники.
Кирилл Сергеевич во все глаза глядел на своего лохматого приятеля, не веря тому, что он сейчас услышал.
- Ты, что застыл?
- Родя, ты слышал? - воскликнул Кирилл Сергеевич, не верю своим ушам! То ради чего я к нему приехал, он уже сотворил, вот так вот, запросто!
- Не понимаю, о чем ты говоришь - ответил Родион Аркадьевич.
- Я начинаю беспокоиться за тебя - улыбнулся добродушный Бауэр, - Проходите, располагайтесь и рассказывайте все по порядку. Я костерок раздул, очень люблю на свежем воздухе чайку попить.
Эдик принес еще две чашки и рассевшись вокруг стола стоящего под сосной, они завели разговор, прихлебывая ароматный чаек с какими-то душистыми травами.
- Кира, - начал Бауэр, внимательно выслушав его рассказ, - Я тебя давно уже знаю, ты же всегда был законопослушным гражданином Корпорации, зачем тебе эти заботы на пенсии? Лучше бросай этот город и переезжай ко мне, поживешь как человек.
Кирилл Сергеевич задумчиво смотрел мимо, куда-то в глубь, где на стволе сосны резвилась белка. Казалось, она хочет подойти ближе, но боится незваных гостей. Рыжий, пушистый хвост как манок притягивал взгляд и ни хотелось уже решать ни каких глобальных задач. Душевный чай разморил мысли и хотелось просто наслаждаться природой и смотреть на веселую белку.
- Что она такая веселая и жизнерадостная? У тебя все здесь такие? - спросил Кирилл Сергеевич, не ответив на вопрос друга.
Бауэр оглянулся назад и увидев свою ручную подружку, улыбнулся сквозь густую бороду:
- Меня увидела!
Он встал, подошел к дереву, по которому прыгала неугомонная белка и протянул вперед руку. Она мигом проскользнула и уселась на плече. Но когда Эдик тихонько пошел обратно к столу, белка смутилась и спряталась за густой шевелюрой своего друга.
- Знакомьтесь, это Тоська - сказал Бауэр садясь за стол. Белка внимательно и осторожно смотрела на людей, выглядывая из-за головы. Спустя пару минут она уже прыгала по столу, но в руки приезжим не давалась. И где-то еще минут через пять Кирилл Сергеевич смог аккуратно погладить ее по спинке.
- Ты как мальчишка, глаза светятся, ты, что раньше живых белок не видел? - добродушно спросил Бауэр.
- Она же дикая…Когда мне было с белками знакомиться? - ответил Кирилл Сергеевич. Доверчивая…не знает, что человек может ее в клетку посадить.
- Животные сначала долго присматриваются к тебе, изучают, можно ли тебе доверять, а доверившись просто верят, что ты не поступишь с ними плохо. А вероломства они не прощают…
Кирилл Сергеевич поднял глаза на Бауэра.
- Ты меня спросил, зачем мне все эти заботы? Я вероломства тоже не прощаю…
Они поступили так не только со мной…со всеми. Сначала прикормили как эту белку с руки, а потом…
Белка вскочила на руку Кирилл Сергеевича и пробежав по ней, уселась у него на плече.
- Ты ей понравился - вставил Родион Аркадьевич короткую фразу, до того, молча слушая разговор и не встревая.
- Ты прав Кирилл и я с тобой согласен, просто я как Тоська изучал тебя, на что ты готов пойти? - сказал Эдик.
- Ну и как, изучил? - спросил, не глядя Кирилл Сергеевич делая странные ужимки, пытаясь достать Тоську из-за головы, которая освоившись, решила по шкодить.
- Да я давно уже изучил и понял, что ты за человек, просто не каждый день предлагают такие авантюры.
- Ну так, что? Ты поможешь с технической базой?
- Конечно помогу, а ты сомневался?
- Ну и отлично, надо это отметить! - воскликнул Кирилл Сергеевич, снимая с головы веселую вертихвостку.
- Только чур Тоське не наливать, она шальной становится!
- А у тебя есть чем отметить? - спросил Родион Аркадьевич.
- Обижаешь, пойдем, покажу! - ответил Бауэр и повел Родиона в свои закрома.
Кирилл Сергеевич остался вдвоем с Тоськой.
- Как удивительно все складывается - думал он, - словно внутреннему голосу открываются двери и сами влекут тебя вперед - “Не бойся, ступай!”. Кирилл Сергеевич глядел на веселую белку и думал - Если заменить тебе Тоська, твое маленькое, озорное сердечко на искусственное, то ты бы уже так не скакала и не было бы этой искорки в черных бусинах глаз.
- Решено, вы остаетесь у меня с ночевкой, так, что гуляем! - выкрикнул радостный Бауэр, поднимая над головой здоровенную бутыль с настойкой. Он был так рад, что его навестил старый друг, что было даже стыдно признаться в своих чувствах.
На столе стояла скромная, но безумно вкусная закуска. Печеная картошка в мундире, квашенная капуста, копченый лещ и жаренная куропатка. Бауэр рассказывал о своей жизни в лесу, а его друзья уплетали кушанье и было им легко и хорошо, от нахлынувшего душевного блаженства.
- Эдик, а откуда куропатки, тебе же вроде нельзя иметь оружие? - спросил Родион Аркадьевич, с удовольствием поедая настоящую дичь.
- Я их ловлю за лесом, на поле, в специальные ловушки.
- Вот, Родя, гляди какая голова, на все руки мастер, а не только пароли взламывать - вставил Кирилл Сергеевич, хмелея от настойки.
- Ловушки для куропаток это что! Ты Кира, еще не видел моего рыбного лабиринта, который я на озере соорудил. Я рыбу не ловлю…Я за ней как в магазин хожу, только не плачу. Приду утром, а там уже - Во! - и Бауэр развел руками, показывая какая рыба попадается в его лабиринт.
- Заливаешь! - усомнился Родион Аркадьевич, закусывая клюквенную, жирным рыбьим брюшком.
- Заливаю?! Да ты такой рыбы, что в моем озере водится, отродясь не видел! - заводился Бауэр.
Тоська предусмотрительно шмыгнула на стоящую у стола сосну и с расстояния наблюдала, как за столом занималась страстная рыбацкая тема с широкими жестами и спорами.
Спалось в эту ночь друзьям как никогда, наверное. И снилось Кирилл Сергеевичу, что люди в городе счастливые и веселые как Тоська, потому, что быть унылым и бессердечным очень плохо. А Тоська тоже спала в своем дупле и снились ей сосны, солнце и орехи, добрый ее друг-отшельник и новый приезжий, от которого пахло чем-то странным.
Утро для городских гостей Бауэра началось необычно. Несмотря на их протесты и желание поспать, Эдик растолкал их, чуть только солнце встало и еще сонных и вялых потащил на свое озеро. Но конечно не только для того, чтобы показать обещанный рыбный лабиринт, но протрезвить и зарядить друзей свежим купанием.
Родион Аркадьевич поначалу наотрез отказался лезть в воду, но пристыженный друзьями, все же ахнул с разбега в воду, оглашая гладь озера восторженными возгласами.
Озеро было не очень большим, но глубоким и невероятно красивым. Окруженное зеленым кольцом леса, подходящим в плотную к самой воде, оно раскрывалось небольшим устьем, оголяя песчаный берег, переходящий в луг. Вправо от песчаного пляжа, где купались друзья, вдоль изрезанной кромки берега, было видно странное сооружение из жердей, которое и было тем самым лабиринтом, про который говорил Бауэр. Но он не был бы самим собой, если бы не придумал, что-то свое, особенное. Лабиринт был совершенно не похож, на то, что обычно представляет себе человек, слыша это слово. Это было сооружение, похожие сверху на змею с открытой пастью, которая тянулась извиваясь у самого берега и плавно сужаясь к концу своего хвоста, заканчивалась отстойником на мелководье. Пасть-устье было “раскрыто” таким образом, что перекрывало путь бродящей вдоль берега рыбе. Плетенку меж жердей Эдик сделал так, чтобы мелкая рыба беспрепятственно покидала ловушку и только крупная попадала в отстойник.