- У м-меня лютня в руках, - от сладкого певчего голоса барда не осталось и следа. - Я не могу.
- Ах ты, петух разукрашенный, - сквозь зубы процедил жаб, тараня плечом доску в такт королевичу. - Если мы здесь утонем, я в щепки разобью твою бренчалку.
В другой ситуации рыцарь бы обрадовался тому, что у жаба появился новый объект ненависти, но сейчас это чувство прошло где-то вдалеке мимо него. Вода внизу прошла уже половину пути до его колена. Из узких щелей между досками пробивались тонкие лучики света. Принцесса, поджав ноги и обхватив их руками, потерянным взглядом смотрела на воду, а над ее головой на стене весело играл золотистый солнечный зайчик. Рыцарь поднял голову, и зайчик устремился вверх - просачивающийся свет отражался от его блестящего шлема светлым пятнышком, бегущим по стене, затем забежавшим на потолок кареты и остановившимся на вырезанной золотой окружности на общем белом фоне. "Корона, - вспомнил он. - Там на крыше корона и она, должно быть, как-то врезана в крышу". Ему лишь оставалось надеяться, что он понял все правильно. Вынув из-за пояса меч, рыцарь взобрался на сиденье и, размахнувшись, ударил рукояткой по золотому кругу. Ничего. Бард с выпученными глазами смотрел на него, и ужас на его лице начало сменять полное недоумение. Рыцарь ударил еще. И еще. На круге появилась лишь небольшая вмятина. Снова ничего. Неужели он ошибся? Неужели это конец для них всех? Следующий удар был скорее от злости... Но именно после него круг немного продавился наружу. Восторг был готов захлестнуть его, но рыцарь отказывался поддаваться, пока окончательно не убедится. После череды резких громких ударов, на которые обернулись даже жаб и королева, круг, на котором была закреплена корона, вылетел, и в образовавшееся отверстие на крыше ударил яркий свет от чистого голубого неба. Все замерли.
- Положи свою лютню на сиденье и подсади меня, - рыцарь посчитал-таки важным, уточнить этот момент для барда.
Бард на удивление быстро среагировал и уже через секунду стоял спиной к нему по колено в воде, любезно подставив свои не слишком-то и широкие плечи. Отверстие в крыше было не очень большим, но все же достаточным для того, чтобы худо-бедно пролезть через него шестилетнему ребенку. Рыцарь, встав на плечи барда и ухватившись свободной от меча рукой за край дыры, подтянулся и высунулся из кареты по пояс.
Они действительно плыли по реке и довольно бурной реке. Небольшие волны на поверхности воды не могли похвастаться своей внушительностью, однако то, с какой скоростью и мощью они появлялись и исчезали, вселяло в наблюдателя тихий ужас. Как оказалось - преждевременно. На таком расстоянии рыцарь мог и ошибиться, но это было бы слишком хорошо. Ему не требовалось доплывать до туда, чтобы убедиться.
- У вас здесь что, есть водопад? - крикнул он сидящим внизу.
- Не может быть, - ответил жаб. - Водопад есть только на окраине долины и он..., - он на мгновенье задумался. - Ах, черт!
- Ты уверен, что там водопад? - взволнованным голосом произнесла принцесса.
Продолжать этот разговор не было никакого смысла - надо было выбираться. Рыцарь оттолкнулся от плеч барда так плавно, как только мог и выкарабкался на крышу. Сунув меч обратно за пояс, он просунул в отверстие руку:
- Давай принцесса!
Жаб и королева тут же бросились помогать ей подняться, и она довольно быстро оказалась на крыше рядом с рыцарем.
- Следующий!
- Подсадите меня, - пышное платье королевича при вылазке оказалось серьезной проблемой, но принцесса и рыцарь его вытянули.
- Дальше!
- Держи лютню, я сейчас, - бард сунул в протянутую рыцарем руку свой инструмент.
- Да что же ты творишь! - крикнул ему рыцарь, вытягивая лютню. - Вас там еще двое, вам спасаться надо!
- Что-то я не уверен, - голос жаба дрожал и сам он тоже, но он все же помог барду выбраться наверх.
- Давай, теперь ты!
- Глаза разуй, шлемоголовый - ежу понятно, что я не пролезу!
Жаб был прав. Прав настолько, что никто уже не мог ничего добавить. И только королева, подбежав, сказал:
- Мы тебя не оставим, слышишь!
- Ну спускайтесь тогда! - раздраженно выкрикнул он и ударил по так и неподдавшейся доске.
Над ними повисла мертвая тишина, заглушаемая шумом реки. Никто из тех, кто стоял на крыше не смотрел друг на друга. Все их взгляды были устремлены на это маленькое отверстие у них под ногами. Отверстие, определившее судьбу их друга. Ее голос раздался со стороны места кучера:
- Смотрите - доски!