- Когда я вернусь, меня будет ждать собственная карета, а в королевских конюшнях будет отныне пять лошадей.
- А почему это не семь? - возразил королевич.
- Ты еще скажи восемь. В любом случае мой дядя является наименьшей из наших проблем, и если мы преодолеем все остальные трудности, то эта в итоге просто саморазрешится. Он будет у меня в ногах ползать, благодаря Богов за то, что я его племянник.
- Да, - мечтательно протянул бард. - Если все получится, то и обо мне кто-нибудь напишет песню.
- Кто-то, кроме тебя самого? - не удержался жаб.
- Смейся сколько угодно. Я бы на твоем месте лучше думал о том, что лошадь Принцессы может быть не запряжена в карету, учитывая, что одну из них мы недавно утопили.
- Твоя башка так же пуста, как и эта лютня. Меня не интересует ни лошадь Принцессы, ни тем более ее карета.
- Тогда на чем ты хочешь ехать, умник? - задал вопрос королевич, но через секунду сам нашел на него ответ. - О нет.
- О да. Мы поедем на карете Королевы.
- На тройке? Ты с ума сошел!
- Проговори-ка вслух цель нашего путешествия.
Королевич только и смог, что открыть рот и... тут же его закрыть.
- Вот именно, - согласился жаб. - Королева собирается возглавить этот поход, а значит, ее карета должна быть готова в первую очередь. Она уже готова, я просто уверен. Этот задолиз сделает все в лучшем виде. Нам лишь нужно будет переключить его на что-то другое, и, пока он будет занят, просто-напросто сесть и уехать.
- Просто-напросто, да? - недовольно произнес королевич. - Ты все еще не сказал, чего делать-то будем.
- Просто прокручивал в голове еще раз. И так, слушайте внимательно. Права на ошибку у нас нет. Мы втроем зайдем к нему и скажем, что на рыночной площади раздавали бесплатно вот такие бутылки. Я, как любящий племянник, разумеется, решил сделать своему дяде приятное и подарить ему возможность расслабиться посреди тяжелого рабочего дня.
- И пока он пьет, мы уводим карету? - предположил бард.
- С его опытом он прикончит эту бутылку раньше, чем ты успеешь сходить в туалет. Пока он будет сосредоточен на ней, наш шлемоголовый диверсант сделает свое грязное дело. У него это хорошо получается.
Королевич развернулся, поймав пустой взгляд рыцаря, а затем обратился к жабу:
- Ты уверен, что...
- Уверен. Этот алкаш его не знает и, увидев нас троих, даже не будет подозревать, что с нами есть кто-то еще. И пока он так думает, ты, мелкий пакостник, выпустишь из загона лошадь Принцессы.
- Что? - еле выдавил из себя рыцарь.
- Выпустишь на свободу большую белую лошадь, говорю, - жаб даже не посчитал нужным повернуться к собеседнику лицом. - Эта лошадь - единственное, что осталось от Принцессы теперь, и если она сбежит, этот хряк рванет за ней, дав фору любой кобыле.
- И мы уведем карету? - предпринял еще одну попытку бард.
- И мы уведем карету.
- Когда ты все это успел придумать? - в голосе королевича была едва различима нотка восхищения.
- Сегодня утром.
С каждым шагом они все больше отдалялись от центра города и приближались к его окраине. Вопреки ожиданиям, давка и суета здесь были немногим меньше, нежели у замка. Как стало ясно чуть позже, у конюшен была одна из точек военного сбора. Только эта была исключительно для всадников. Наездники в плотных дублетах с королевской символикой, вооруженные длинными копьями и широкими металлическими щитами, выстраивались ровными рядами на своих скакунах в направлении замка. Те, кто еще был без лошади, выстраивались чуть поодаль, близ огромного загона, по размерам превосходящего рыночную площадь раза в полтора. За не такой уж и высокой для лошадей деревянной оградой по кругу носился целый табун, однако казалось, что еще больше находится в вытянутых в длину на несколько десятков метров крытых постройках, вписанных в ограждение и по виду напоминающих конюшни. Именно там солдаты взгромождались на своих скакунов, после чего выезжали через ворота в постройке и занимали свое место в конном строю.
- Зараза! - выругался королевич, указывая на них. - А этих мы обойдем?
- Именно обойти и придется, - впервые за всю дорогу засомневался жаб. - Стойло для наших лошадок чуть дальше. Будем надеяться, что на выезде нас просто не увидят.
Стойло для королевских лошадей находилось там, где оканчивалась длинная постройка. Само же стойло называлось так только со слов жаба, потому как оно всем своим видом напоминало еще одну конюшню, только куда более просторную и не такую вытянутую, как стоящая рядом. Мальчишкам невероятно повезло, что солдаты собирались на противоположной от них стороне, очевидно, чтобы не препятствовать выезду королевской кареты. То, что им было нужно.