Рыцарю совет не очень понравился:
- А что если и этот дышит огнем не оттуда? Как нам ЭТО использовать?
- Тогда ты будешь знать, что пастью он тебя не спалит.
- Теперь я понимаю, почему Вы живете один.
- Я буду молиться, чтобы ты никогда этого не понял. А теперь прощай. Прощай и ты, друг мой.
- Прощайте, - голос рыбака звучал теперь как-то иначе. - И... спасибо Вам за то, что рядом со мной все эти годы был человек, которого и я могу назвать... другом.
Пятки рыбака хлопнули по бокам лошади, и они сорвались с места, устремившись к башне со шпилем, которая была хорошо видна с открытой поляны.
Рыцарь не мог для себя не отметить как умело рыбак обращается с лошадью, и как та под его управлением проносится на огромной скорости мимо деревьев, стоящих очень близко друг к другу. Теперь он был почти уверен, что рыбак проезжает здесь не первый раз, но спросить его об этом так и не решался. К тому же, во время такой резвой скачки было трудно даже дышать, не то что говорить. Да и зачем? Больше никаких игр. Больше никаких откровений. Больше никаких остановок. Только они и их цель.
В глазах начинало темнеть, но вовсе не от страха, как изначально подумал рыцарь. Чем ближе они были к башне, тем чернее становилось небо. Дым, валящий из самой верхушки, очень неохотно рассеивался и создавал вокруг шпиля огромное черное облако, заслоняющее от солнечного света все, что находилось под ним. Они были близко. Так близко, что рыцарю показалось, будто он слышит крик Принцессы, но уже через мгновение он понял, что это был его собственный крик.
Лошадь взвилась на дыбы так резко и неожиданной, что даже рыбак в момент слетел с ее спины. Рыцарь полетел следом, и жесткое приземление едва не выбило его из сознания, но мужчина с мечом тут же появился перед ним, чтобы привести его в чувство.
- Ты в порядке? Голова цела?
- Кажется, - поморщился рыцарь. - На ней все-таки шлем.
- Не хочу расстраивать тебя, мальчик, но это ненастоящий шлем.
- В самом деле?
- Да. Я должен был сказать тебе раньше, - пусть к рыбаку и вернулась какая-то доля адекватности, но его чрезмерная наивность все еще никуда не делась.
- Что ж Вы так? - прокряхтел рыцарь, поднимаясь на ноги с посторонней помощью. - Что это было?
- Мы уже рядом. Мне следовало остановить ее раньше.
Рыцарь оглянулся по сторонам, но лошади и след простыл.
- То есть?
- Ни одна лошадь не подойдет близко к той башне. Остаток пути нам придется идти пешком, - так и не выпустивший меч ни на секунду даже после падения, рыбак двинулся в путь.
- Может нам все-таки удастся ее заставить? - крикнул ему в спину рыцарь. - Мне казалось, эта лошадь Вас любит.
- Каждая из наших лошадей любила своего хозяина, но ни одна так и не пошла за нами. От этой я другого не ждал.
- Вот же... Что? - рыцарь ломанулся за быстро шагающим рыбаком, стараясь хотя бы не отставать. - Так Вы все-таки были здесь! Были и ничего не сказали! Вы видели его? Какой он? Он дышит огнем из пасти?
Мужчина развернулся и пошел навстречу плетущемуся за ним рыцарю. Они остановились в шаге друг от друга, и лицо рыбака было серьезным, как никогда.
- Да, я был здесь раньше. Да, я видел его. Это огромная крылатая ящерица. Да, она дышит огнем из пасти и запекает людей заживо в их собственных доспехах. Теперь ты знаешь то же, что знаю я. Ты доволен?
- Нет, - еле слышно произнес мальчик.
Ответ, кажется, устроил рыбака и его тон немного смягчился. Совсем чуть-чуть. Он присел на корточки и посмотрел рыцарю прямо в глаза.
- Не подходи к башне. Не раньше, чем я покончу с ним.
- А если он покончит с Вами? - спросил рыцарь о наиболее вероятном развитии событий.
- Не подходи к ней никогда, - рыбак поднялся на ноги, и вдвоем они продолжили путь.
Ветра здесь почти не было, а листья на деревьях не шелестели вовсе, словно опасаясь разгневать здешнего обитателя. Нависшее над ясным вечерним небом дымовое облако окрашивало окружение в ночные тона, но видимость, к счастью, страдала несильно. Трава под ногами плавно сменялась пеплом, частицы которого серыми снежинками летали вокруг, отчего дышать, не прикрыв рукой лицо, было очень проблематично. Рыцарь потерял всякий счет времени, и если раньше он хотел как можно быстрее добраться сюда, то теперь пытался уловить каждую секунду, проведенную в относительном спокойствии и тишине.