Секунды кончились вместе с чащей, и перед путниками открылось огромное выжженное пространство. На этом пепельном пустыре мог бы легко уместиться весь королевский замок с доброй половиной города в придачу, однако единственным строением здесь была колоссальных размеров башня, увидев которую, рыцарь чуть не запнулся о свою челюсть. Издали она всегда казалась стройной и тонкой палочкой, но сейчас она походила на широченный дворец цилиндрической формы, устремленный к небесам и пытающийся достать до самих звезд. Карабкаясь взглядом к самому шпилю, рыцарь в какой-то момент подумал, что не сможет так сильно запрокинуть голову - настолько эта башня была высока.
Первым на выжженную землю ступил рыбак, после чего повернулся к рыцарю, стоящему в трех шагах от него.
- Не иди к башне, пока не увидишь дохлую ящерицу. Ты меня понял?
Рыцарь неуверенно кивнул, и мужчина оставил его за своей спиной, направившись к одинокому сооружению в центре пустыря. Слой пепла под ногами все нарастал, но походка рыбака становилась лишь все более уверенной и быстрой. Сложно было сказать, что именно его подгоняло. Был ли это страх ожидания, страх воспоминания или же банальный страх смерти? А может быть, это был страх перед страхом, который навсегда изменил его? Что бы это ни было, рыбак этого не показывал. Больше нет. Однако вскоре он остановился, не пройдя и четверти пути. Обернувшись, он увидел рыцаря, все также стоящего в трех шагах от него и все также растерянно глядящего в его глаза.
- Я же сказал тебе ждать.
Рыцарь опустил голову, разглядывая пепел под своими ногами, а затем снова поднял ее, чтобы вновь увидеть недовольное лицо рыбака, которое через несколько секунд непрерывных переглядок стало куда более снисходительным.
- Ну что мне с тобой делать?
- Может быть, мы что-нибудь придумаем? - раздался знакомый мужской голос позади рыцаря.
Следом за ними из чащи вышли трое человек, похожих друг на друга, как три капли воды. Единственными признаками, по которым их можно было хоть как-то различить, были абсолютно разный цвет волос, а также предпочтения в оружии. Они медленно приближались, и мужчина с угольно-черными волосами, идущий по центру, был вестником их появления.
- Как минимум у одного из нас есть на мальчишку большие планы, - продолжал черноволосый. - Но где мои манеры? Приветствую вас. Я очень рад видеть здесь хоть кого-то живого... пока еще.
Троица остановилась от рыбака с рыцарем в метрах пяти.
- Привет, малой, - в своей сопящей манере поздоровался светлый, теребя в руках кинжал. - Ты даже не представляешь, как я скучал по тебе.
- Он, правда, скучал, - подтвердил черноволосый. - И, честно говоря, я тоже. Каждому синяку, что у меня остался после того спектакля, я готов дать твое имя. Жаль, я его не знаю. И чувствую, что не узнаю уже никогда.
- Что вам нужно? - произнес рыцарь голосом, наполненным поровну страхом и злостью.
- То же, что и раньше. Она. И если бы кое-кто стрелял по людям так же хорошо, как и по лошадям, нас бы здесь сейчас не было.
- Я хотя бы могу выпустить стрелу и при этом не отхватить себе ухо, - ответил рыжий на колкость черноволосого, сжимая свой лук в руке.
- Эй, ухо осталось-таки при мне, так что это не считается.
- Кажется, я знаю, что делать с сопляком, - просопел светлый.
- Прояви терпение, я прошу тебя, - осадил его черноволосый, а затем обратился к рыцарю. - Я прошу прощения за это. В наше время никто не ценит прелюдий. Всем подавай все и сразу. Вот только мне спешить некуда. Сама судьба направляет меня. Так же, как и направляла девчонку, скачущую по тракту, прямо мне в руки. Так же, как и направляла нас сюда по следам подстреленной кобылы - прежде чем сдохнуть, той все-таки удалось проделать большую часть пути. И вот, когда следы привели нас к башне, и я уже было подумал, что все кончено, судьба направляет ко мне... тебя. А значит, как и ты, я должен попытаться.
- Зачем? - попытался отговорить его рыцарь. - Она уже в башне, а значит, скорее всего, мертва. Разве не этого вы хотели?
- Во-первых, ты сам в это не веришь, раз ты здесь. Так почему должен я? Во-вторых, мне важно, чтобы именно мое лицо она увидела последним, иначе все напрасно. Как-никак я дал слово женщине.
- Эта женщина вас использует!
- Думаешь, я не знаю? Думаешь, я настолько наивен?