- Скажи ему, - взмолилась Принцесса. - Скажи ему, что да. Ни один человек не стоит этого. Ни я, ни ты и никто другой. Ну же, скажи.
Ответа она не услышала. Вместо этого она почувствовала, как рыцарь почти что сразу нашел ее руку в темноте и крепко сжал в своих руках. Мир остановился для них обоих. Все слова были сказаны, а все возможное сделано. Все, что теперь оставалось, так это их последние мгновения вместе, неумолимо растворяющиеся, как и темнота вокруг них. Теперь они видели друг друга так же ясно, как и при свете дня, и яркое пламя, нависшее над ними, словно солнце, наполнило окружение приятным теплым свечением.
- Жизни ушедших вернуть невозможно, как и оправдать все их смерти маленьким чудом. И каким бы прекрасным это чудо не было, оно не способно принести покой душам, которые ты обрек на долгие годы мучений. Праведные дела не искупают грехов. Их искупает лишь наказание. И я здесь сегодня для того, чтобы ты наконец смог искупить свои.
Рослый мужчина в лохмотьях с факелом в одной руке и большим двуручным мечом в другой встал между яркими изумрудно-зелеными глазами во тьме и детьми, загородив их собой от пронзительного звериного взгляда.
- Я приветствую Вас, Ваше Величество, - обратился Рыцарь к Принцессе, стоя к ней спиной и не сводя глаз с двух зеленых огоньков впереди. - Я безмерно рад, что с Вами все в порядке, и очень жалею о том, что нашей встрече не суждено продлиться долго. Я смею просить Вас лишь об одном, моя Принцесса - передайте Вашей матушке, что я сдержал обещание.
Ни секунды не колебавшись, Рыцарь двинулся на своего противника, подняв факел высоко над собой. Казалось, что даже свет боялся подойти к дракону достаточно близко, по-прежнему не раскрывая его черты, но не Рыцарь, уверенно шагающий навстречу гибели одного из них.
- Помнишь меня, тварь? Помнишь мое лицо? Помнишь лица всех тех, кто был со мной тогда?
В ответ раздалось грозное рычание, пошатнувшее сам свод:
- А ты помнишь лицо назойливой мухи, которую прибил недавно, и даже не заметил этого?
- Ты их вспомнишь. Когда перед смертью вся твоя жизнь пронесется у тебя перед глазами, ты увидишь их снова. И они увидят тебя. Увидят наконец..., как ты сдохнешь!
Мужчина бросился на чудовище, и через секунду факел внезапно погас, вновь окунув окружение в непроглядную темень. Под страшные звуки борьбы, наполнившие огромный зал, рыцарь дернул Принцессу за руку и потащил ее за собой туда, где по его памяти была лестница. К его приятному удивлению, она нисколько не сопротивлялась и довольно уверенно держала заданный темп до тех пор, пока он сам не остановился в осознании того, что уже пробежал предполагаемый участок.
- Проклятье! - выругался рыцарь. - Где этот выход?!
- Мне кажется, я поняла, - ответила Принцесса. - Сюда!
На этот раз она потащила его за собой, и они опять устремились к тому месту, где, по ее догадке, должен был быть спуск вниз. Спуск, по которому, судя по отметкам когтей, дракон взбирался десятки, а может быть и сотни раз, вел к выходу из этой проклятой башни. Башни, в которой раньше не поселялся еще ни один дракон, каждый из которых так любил высоту. Так сильно, что обитал высоко в горах, куда можно долететь лишь на крыльях, и куда не заберется ни одна живая душа, если он того не захочет. Только на такой высоте дракон мог надолго сохранить свою жизнь, сохранить покой, сохранить свой секрет.
- Нет! - одернул Принцессу рыцарь. - Он нас догонит там. Мы не успеем.
- Как? Но куда нам тогда бежать?
- Окно. Мы вылезем и заберемся на крышу. Как тогда. По ступенькам твоего архитектора.
- Ты в своем уме? Ему ничего не будет стоить просто взлететь и сбросить нас оттуда!
- Он не взлетит! - уверенно выкрикнул рыцарь. - Он не умеет летать. Верь мне. Верь.
Она поверила. Вместе они бросились к ближайшему окну, оставляя за своими спинами неистовое рычание зверя и яростный мужской крик. Первой полезла Принцесса. Ее ловкость и грация сослужили ей сейчас добрую службу, и даже темнота не могла ее сильно замедлить. Очень быстро она нащупала выступ с наружной стороны стены и, спустя пару секунд исчезла из поля зрения рыцаря.
- Мое дитя! - сотряс стены очередной звериный выкрик.
Не теряя времени, рыцарь вскочил на окно и, прижавшись всем телом к стене, начал нащупывать ногой и рукой нужные ступеньки. Это получилось у него не так быстро, как у Принцессы, однако и он смог найти и ухватиться за них. Перебросив весь свой вес на выступы в стене, он повис над бездонной пропастью, конца которой, как ему казалось, он бы не увидел даже при свете дня. Снаружи было не многим светлее, чем внутри, и полное отсутствие на небе звезд и луны ничуть не облегчали восхождение. Он взбирался почти что на ощупь, едва различая выступы у себя перед носом, но вдруг весь путь перед ним озарился ярким ослепляюще-обжигающим светом, когда из окна, рядом с которым рыцарь все еще находился, вырвалась огромная струя огня. Рыцарь почувствовал, как половину его лица обжигает горячий воздух, но это только подстегнуло его. Запомнив примерное расположение ступеней до того момента, как рассеялся свет, он с удвоенной решимостью и ускоренным темпом начал карабкаться вверх. Принцессы нигде не было видно, и он уже начал опасаться худшего, как над ним показалось ее лицо и протянутая к нему рука помощи.