Постепенно звон начал переходить в крики. Рыцарь с трудом открыл глаза и обнаружил себя стоящим на четвереньках посреди рощи, утонувшей в алом свечении. Слева от него в двух шагах кричал лежащий на земле светловолосый мужчина, на груди которого развалился жаб, не дающий тому подняться и впившийся зубами в его левую руку. На крик разбойника накладывались крики барда, схватившего его правую руку и пытающегося ее вывернуть, а также королевича, валяющегося в ногах светловолосого и с переменным успехом пытающегося их удержать.
Через помутневшее восприятие рыцаря вся эта куча казалась одним большим крикливым ребенком, который упал и не может подняться. Пока не может. Чтобы встать на ноги, мальчику в шлеме понадобилось куда больше сил, чем он мог предположить, и когда ему это наконец удалось, ощущения были, словно после восхождения на гору. Рыцарь сжал кулаки и приятно удивился, когда почувствовал рукоять меча в одном из них - он его так и не выронил. Повернувшись к большому крикливому и уродливому созданию, лежащему на земле и вопящему множеством голосов, он медленно и аккуратно двинулся на него. Мир вокруг вертелся, словно карусель, его шатало, и ему казалось, что его вот-вот вырвет. Каждый шаг вынуждал прилагать все больше усилий, и, хотя ему не требовалось больше четырех, чтобы добраться до цели, каждый их них он воспринимал, как маленькое путешествие. Встав рядом с головой своего обидчика, он уже отчетливо видел его лицо. Меч взмыл вверх, чтобы потом опуститься с сокрушительной силой. Рыцарь успел представить, как его удар достигает цели, прежде чем нос светловолосого лопнул, будто раздавленный помидор.
Разбойник взвыл, но его крик тут же утонул в его собственной крови. От удара лицо жаба в момент покрылось красными брызгами, после чего он сразу же выплюнул чужую руку и рывком подался назад, откатившись как можно дальше. Бард и королевич тоже отскочили, и светловолосый перевернулся на живот, сплевывая кровь, наполнившую его горло. Трое мальчишек смотрели на рыцаря ошарашенными глазами. Сам же рыцарь смотрел на светловолосого, пытаясь сосредоточиться и остановить головокружение. Когда роща в его голове наконец перестала вращаться, он перевел свой взгляд на ребят и молча кивнул головой вбок в сторону замка.
Бард подбежал к Принцессе, сидевшей на земле на том самом месте, где она упала, и с ужасом смотревшей на происходящее. "Ваше Величество", - только и сказал он, после чего схватил ее за руку, поднял с земли, и они все вместе побежали в направлении, откуда на них вышел разбойник. Все они задыхались, но не от усталости - дети переживали настоящий кошмар. Кошмар, который и не думал заканчиваться.
Непонятный свист донесся откуда-то сзади. Раздался громкий и глухой звук струн, и бард, разжав руку Принцессы, упал лицом вниз с торчащей из лютни за его спиной стрелой.
- Неееет! - девичий крик был полон ужаса перед тем, чего уже нельзя было поправить.
Королевич, рыцарь и жаб бежали позади них, и когда бард упал, рыцарь, подавшись вперед, схватил Принцессу за руку и потянул за собой. Это было тяжело. В прямом и переносном смысле. Она никак не поддавалась, и он силой протянул ее метров пять, после чего она наконец побежала вместе с ним. Он лишь надеялся, что Принцесса не будет винить его, если... если они останутся живы. Рыцарь не видел лиц жаба и королевича, бежавших позади них, но вряд ли они как-то отличались от лица Принцессы, ведь это был их друг. Они, однако, тоже продолжали бежать.
- Я... я больше не могу, - застонал жаб. Его комплекция довольно быстро начала давать о себе знать.
Впрочем, ни у кого не нашлось сил ответить ему - цена каждого глотка воздуха была сейчас высока, как никогда. Внезапно, их обогнала еще одна стрела, пролетевшая от рыцаря в полуметре. Мимо, но позади них тут же раздался звук падения. Они понимали, что это значит, и все же они продолжали бежать, не оглядываясь. Принцесса попыталась закричать от той боли, что испытывала внутри, но у нее не хватило на это воздуха, и крик сорвался в протяжный стон. Они бежали еще несколько минут, рыцарь не мог понять - сколько именно. Они сами не заметили, как перешли на шаг. Позади них уже никто не бежал. И не шел. Во всяком случае, преследователей видно не было.
Она хотела заплакать, но вместо этого, лишь жадно глотала воздух. Рыцарь в этом проявлял полную солидарность.