- Как бы там ни было, ты создал нам множество проблем своими действиями. Гораздо больше, чем ты, должно быть, думаешь. И проблемы эти мы вынуждены решать незамедлительно.
После этих слов рыжий разбойник медленно и плавно достал стрелу из колчана за его спиной. Черноволосый продолжил:
- Как и в любом деле, для решения проблемы необходимо устранить ее следствие и, конечно, причину.
Рыжий положил стрелу на лук и натянул тетиву, нацелившись на мальчика в шлеме.
- И, я боюсь, следствие нашей проблемы мы устранить уже не имеем возможности, в то время как ее причина стоит сейчас прямо перед нами, - пауза, которую он выждал, прежде чем закончить, показалась рыцарю вечностью. - Прощай.
Стрела сорвалась так быстро, что его глаза поймали ее только тогда, когда она впилась в его грудь. Тихо и бесшумно, она застыла там, будто всегда там была. Вокруг стрелы раскрылся маленький розовый цветок, который с каждым биением сердца распускался все больше и становился более алым. Страх покинул его навсегда. Так же, как и обида. Так же, как и любовь. Так же, как и жизнь. Ярко-желтая трава приняла бездыханное тело простачка в свои объятия.
Солнце окончательно скрылось за горизонтом, когда его привели к яме, вырытой глубоко в роще. Пока он летел на дно, после того как его столкнули, он успел заметить еще нескольких пленников, сидящих там и прижавшихся к земляным стенам. Эта, походившая на капкан для крупных животных, яма уходила в землю примерно на два человеческих роста и, разумеется, не детских. Тем приятнее было его удивление, когда он приземлился на толстый слой опавших листьев, застилавших все дно.
- Ну вот, - сказал черноволосый, столкнув рыцаря вниз, - теперь, похоже, все в сборе. Надеюсь, у вашей Принцессы благородства не меньше, чем рассказывает народ.
- Это глупо, - говорил рыжий, - до города отсюда рукой подать, а уж если на лошади...
- Что ты предлагаешь? Бросить все?
- Нам спасаться нужно. Она приведет сюда солдат, и они поступят с нами так же, как и со всей мерзкой живностью в этом лесу.
- А что если она не захочет без них уходить?
- Ну да, я как раз подумал об этом, когда она, не оглядываясь, мчалась в сторону замка на гребаной лошади.
Черноволосый задумчиво смотрел на своего рыжего двойника.
- А где наш горе-охотник?
- У речки, - ответил ему рыжий, - смывает с себя позор.
- Ладно, - усмехнулся черноволосый, - дождемся его и решим, что делать с... со всем этим.
Они оба окинули взглядом дно ямы напоследок и ушли.
Откатившись к стене и прижавшись к ней, как это сделали остальные, рыцарь теперь видел, с кем он здесь оказался.
- Ты... ты... жив?
Яма имела прямоугольное очертание, и бард, прижав к себе свою лютню, сидел, забившись в угол напротив него.
- Заткнуть его куда сложнее, чем ты думаешь, - поприветствовал его королевич, сидевший рядом с бардом.
- У меня это получалось гораздо лучше, - добавил жаб, которого рыцарь был рад видеть не меньше, чем других, и сейчас все втроем они сидели перед ним.
Рыцарь выдохнул:
- Как же я рад. Я думал... а как...
- Эти сволочи испортили мне лютню, - сказал наконец бард, вращая ее перед собой.
- Эти сволочи могли бы испортить тебе позвоночник, если бы не твое пристрастие к музыке, - ответил ему королевич. - Удивительно, о чем может волноваться человек, только что получивший отсрочку на тот свет.
- Эта отсрочка, возможно, меньше, чем мы думаем, - нагнетал обстановку жаб. - Этот мужик с оранжевыми волосами чуть...
- С рыжими, - поправил его королевич.
- Вот только не умничай здесь. Этот... с рыжими волосами меня чуть не пристрелил. Я остановился, поднял руки вверх, а он лук натягивает.
- Тетиву.
- Слышь, ты вообще упал, не пробежав и десяти метров.
- Да? Попробуй-ка побегать в платье, я на тебя посмотрю.
- То-то и оно. Ты в платье до самого города бы бегал?
- Моя одежда осталась в карете, а ты просто...
- Где Принцесса? - оборвал их бард.
- Она ускакала на лошади, - ответил ему рыцарь, - ускакала домой.
- На лошади? - королевич придвинулся ближе к рыцарю. - Вы догнали лошадь? Пешком?
- Не совсем. Ее поймал ваш..., - он хотел сказать "друг", но это слово застряло у него в горле.
- Он такой же наш, как и твой, - жаб избавил его от необходимости подбирать слова.
- Зря ты так, - тихо произнес бард. - Все-таки, нас с ним многое связывает.
- Ничего не связывает, - оскалился жаб. - Я сразу почуял в нем эту гниль. Только вот глупышка его все время защищала.
- Потому я и отвлекал ее, когда ты надавал этому чушке по котелку, - злобно улыбнулся королевич. - Поделом ему было.
- Не жалеешь? - спросил бард, но рыцарь не понял - о чем именно.