- Какой твой секрет, чудище? - ничего лучше рыцарь так и не придумал.
- Что? - ехидно проговорил жаб. - Хочешь такой простой победы? Весь секрет в том, что ты лишь жалкая козявка, свалившаяся с неба к нам на головы, претендующая на главную роль и ждущая к себе особого отношения, а я Его Величество Дракон, перед которым тебе лучше сейчас же упасть на колени! Ну! Падай!
Его тон был на редкость мерзким. И самым отвратительным было то, что говорит он сейчас не с рыцарем, а с ним. С мальчиком, который не понимает, где он находится и как сюда попал. И этот мальчик, оглушенный очередным отрезком тишины, сейчас боялся оторвать глаза от пола, боялся посмотреть в сторону зрителей, боялся посмотреть в ее сторону. Его раздавили. На мгновение он возненавидел их всех, но после - ненавидел лишь его одного. Рука сжала меч так сильно, как только могла, а губы расплылись в нездоровой улыбке.
- Дракон? - произнес рыцарь, ведь он был Рыцарем. - Все, что я вижу перед собой, так это жирую жабу, которую через трубку, вставленную ей в заднюю дырку, надули до таких размеров, что теперь она считает себя драконом.
Рыцарь произносил эти слова, не отрывая глаз от пола, но когда он решил-таки посмотреть на противника, тот стоял, разинув рот и выпучив глаза, выражавшие лишь растерянность. Примерно то же выражение лица было у барда, королевы и простачка. В сторону принцессы рыцарь все еще не смотрел. На этот раз тишину прервал зал.
- А я все думал, что это за палка у него на штанах сзади! - раздалось со зрительской скамьи.
- Так его рыцарь! - прокричал кто-то с другой.
Зрители начали кричать, свистеть, аплодировать. Это было попадание, а значит, нужно было незамедлительно продолжать. Первым в себя пришел бард и, взяв привычную ноту на лютне, продолжил:
И узнал славный рыцарь дракона секрет.
- ШШШТОООО?! - тут пришел в себя и жаб.
А секрет был лишь в том, что дракона-то нет.
- Я убью тебя шлемоголовый!
Не дракон был то вовсе, а жаба была.
Жаба эта, поняв, что словесную дуэль она проиграла, двинулась на рыцаря с очевидным намерением.
Как ягнят, королевство она провела.
Жаб сжал свои кулаки и с криком бросился на рыцаря, но тот лишь ждал, когда лягушка окажется на расстоянии его деревянного меча. "Ты не дракон", - подумал рыцарь и крепко сжал рукоять. Все произошло быстро. Рыцарь замахнулся мечом и рубящим ударом обрушил его на противника, но жаб поймал его меч левой рукой, а правой со всей своей силой ударил по шлему. Боль тысячей игл пронзила голову. Он хотел было закричать, но в нахлынувшей агонии совершенно забыл, как это делается. Он точно знал, что уже испытывал эту боль однажды, но тогда как же он мог пережить ее раньше - такую сильную, такую разящую, такую нестерпимую боль?
Она оставила его так же неожиданно, как и появилась. Перед ним было уже знакомое ему голубое небо, а где-то неподалеку слышался раскатистый хохот толпы.
- Закройте свои вонючие рты! - вопил также знакомый голос. - Сами вы жабы!
- Сильно не напрягайся, когда пойдешь в туалет, а то лопнешь!
Судя по звуку тяжелых шагов, кто-то куда-то быстро убежал. Судя по звуку легких шагов, кто-то шел именно к нему. Немного погодя, светло-голубое небо закрыли два изумрудно-зеленых озера.
- Прости, - с неподдельным сожалением прохрипел рыцарь. - Я не победил.
- Ничего страшного, победишь в другой раз.
Принцесса протянула ему руку и помогла подняться, после чего они оба повернулись лицом к аплодирующим зрителям, все еще держась за руки. Позади них бард наигрывал веселые нотки и даже пританцовывал, сопровождая завершение спектакля своим звонким голосом:
Принцесса жива, лже-дракон побежден, а рыцаря подвиг воспет на века.
И помните, люди, что все нипочем лишь тем, кто не прячет свой взгляд от врага.
Так будьте же смелы, вставайте и в бой! Дракон то, иль нет – нам бояться нельзя.
Но тут должен я завершить рассказ свой. До скорых всем встреч. До свидания, друзья!
Несколько рядов встали со своих мест, не прекращая аплодировать, а кто-то даже швырнул белый цветок под ноги принцессе. Рыцарь был немного ошарашен, но все же начал проникаться происходящим - в конце концов, кому не нравится ловить на себе восхищенные взоры публики? Впрочем, он понимал, что взоры эти вряд ли были направлены на него. Тут за сценой прозвучал глухой, но громкий удар, и со звуком быстро вращающейся лебедки занавес рухнул на сцену, мгновенно отгородив актеров от зрителей, вопли и выкрики которых тут же стихли. Рыцарь этого не видел, но был готов поклясться, что по другую сторону занавеса людей больше не было.