- Тогда я хотел бы пойти с тобой, - сказал ей королевич. - Если ты позволишь, конечно.
- И я, - добавил бард. - Плохими мы будем подданными, если оставим тебя сейчас.
- Мне сейчас не подданные нужны, - ответила она им. - Сейчас мне нужны друзья.
- Так мы можем пойти вместе? - осторожно уточнил бард.
- Конечно, - в голосе Принцессы почти не осталось эмоций, большую часть которых она выплеснула на жаба. - Путь до церкви неблизкий, так что не будем медлить.
Глава 13
На протяжении всего пути никто из них не произнес ни слова. У каждого было подавленное настроение, но причины этому были у всех свои. Рыцарь и Принцесса шли бок о бок, а позади плелись королевич и бард, все еще не решавшиеся заводить разговор ни с ней, ни даже друг с другом. Время теперь приобрело какую-то странную форму - его утекло немало, пока они шли по направлению к старой церкви, но рыцарь чувствовал, будто до сих пор стоит у приюта и ждет, когда они отправятся в дорогу. Только солнце было неподвластно причудам человеческого восприятия. Оно в своем размеренном темпе продолжало плыть по небу, уже опустившись к предзакатному положению, когда перед детьми показалось высокое здание из белого камня с сильно вытянутой к небу остроконечной крышей, вершину которой украшала какая-то фигура. С того места, где находились дети, рыцарь так и не смог разглядеть ее, да и солнце, повиснувшее напротив, делало эту задачу почти невозможной.
- Эта она? - нарушил всеобщее молчание рыцарь.
- Да, это единственная церковь в городе, - голос Принцессы был все таким же пустым как тогда, когда они покидали приют.
- Но разве она не заброшена?
- Заброшена. Уже очень давно. Это церковь старого Бога.
- Старого Бога?
- В стародавние времена все королевство верило только в одного Бога, но те времена давно прошли. Конечно, еще остались люди, верящие в Него, а у церкви порой можно встретить самых настоящих паломников. Только все это уже безвозвратно ушедшее прошлое.
- Почему? Все вдруг просто перестали верить?
- Людская скверна поразила сердца тех, кто был избран говорить от Его имени и читать Его проповеди. Со временем эти люди стали выдавать свои собственные слова за слова божества, что в конечном счете привело королевство к одному из самых темных периодов за всю его историю. О тех временах вспоминают с большой неохотой.
- Тогда почему эту церковь не снесут?
- Ее оставили здесь, как символ.
- Старой веры?
- Того, что человеческие пороки способны погубить даже Бога.
От услышанного у рыцаря по спине пробежали мурашки. Боясь показаться излишне раздражительным, а заодно и получить еще один подобный ответ, следующий вопрос он задал уже более аккуратно.
- Есть еще кое-что, чего я не понимаю.
- Спрашивай, - на лице Принцессы появилась еле заметная улыбка, давшая рыцарю понять, что ей на самом деле приятно поговорить с кем-то после всего пережитого.
- Ты сказала, что это единственная церковь. Разве в честь новых Богов не построили новые храмы?
- Им не нужны дворцы. Их храмы - это наши сердца. Поэтому Они всегда с нами. Сейчас я в это верю, как никогда раньше.
- Та женщина тоже в это верила.
На секунду рыцарь испугался своих же собственных слов, а точнее реакции Принцессы, которая могла за ними последовать. Но если это и задело ее, то она никак себя не выдала.
- Она верила в свою непогрешимость. Долгие годы ей все сходило с рук, и она решила, что это Боги ее укрывают. Но в конечном счете мы остановили ее, ведь так?
- Да, - кивнул рыцарь, больше не решаясь ничего спросить.
Место было более людным, чем окрестности приюта до пожара, но ненамного. Люди, проходившие мимо, странно косились на детей, разгуливающих рядом, но дальше подозрительных взглядов дело не зашло, что ребят более чем устраивало. Сплошная каменная ограда высотой чуть больше взрослого человека описывала границы внутреннего двора церкви, входом в который были полностью проржавевшие решетчатые ворота. Сами ворота были заперты, но расстояние между прутьями было достаточным для того, чтобы там можно было протиснуться ребенку. Дождавшись момента, когда поблизости не будет никого, дети пробрались внутрь.
Повсюду во дворе в хаотичном порядке стояли высокие массивные деревья с размашистыми веткам, тянущимися во все стороны. Вид мог быть довольно знатным, если бы все деревья не были высохшими, скрюченными и без единого листочка. На голой земле ни листьев, ни травы не было также, и это указывало на то, что деревья умерли уже очень давно. От ворот вглубь двора устремлялась дорожка, выложенная из серой брусчатки и разветвляющаяся в нескольких местах впереди. Ребята не пошли по той, что вела к самой церкви, а все дальше углублялись внутрь двора в поисках колодца, который должен был находиться где-то здесь. Ветер, который беззастенчиво свистел в ушах снаружи, за оградой стал заметно скромнее. Словно ему, как и детям, было не по душе это место.