Выбрать главу

В общем-то, да… Специально… Лежат, воняют… Сушит она их, видите ли… Лучше бы вышиванием увлеклась…

Йорка… Интересно, как она там сейчас? Вспоминает ли обо мне? Скучает? Нет, наверное. Я же не скучаю по ней! Или скучаю?..

Я тяжело вздохнул и отправился чинить свои парники. Могла бы хоть раз навестить меня, сердито подумал я. Так ведь нет! Не дождешься! Обиделась она! Гордая, видите ли! Взрослой себя почувствовала, пацанка! Ведьма восьмисотлетняя… А может, я подох уже тут? В одиночестве. Ну, не сам подох, конечно — Бессмертный все-таки. Вон, желающих убить меня сколько было за сотню лет!

Вообще-то Йорка знает, как я владею мечом — она и сама владеет им не хуже. Так что поводов для беспокойства за мою жизнь у нее, честно говоря, быть не должно. Да и чего ей из-за меня переживать-то?! С какой стати? Сидит себе в болоте со своими подружками, колдует помаленьку, а про меня и думать забыла… Ну и наплевать! Мне и здесь неплохо. Без ее волшебных фокусов. Спокойней одному жить, что ни говори. Никто не достает, никто не мешает… Хозяйством занимаешься… Вот приведу в порядок огород, потом уборку в пещерке сделаю. Потом… потом еще чего-нибудь придумаю.

И хватит самого себя накручивать! Какие еще драконы?! Я ведь из Межгорья могу уйти в любой момент.

Достаточно попросить первого встречного колдуна — хоть того же Гилэйна, — и я мигом окажусь на Земле. Или, к примеру, в любом другом мире, по своему собственному выбору. Так что все эти драконы ихние мне до лампочки. В конце концов, сами виноваты. Не хрена было колдовство разводить в стране! Вот и выкручивайтесь теперь сами. Ничто меня здесь не держит… Кроме Йорки…

Вот сука Гилэйн, подумал я. Морда колдовская! Разбередил душу разговорами об этой девчонке! Сколько лет я о ней даже и не вспоминал, а тут…

Да нет, вспоминал, конечно, чего самому себе врать-то? Да вот только гнал от себя эти воспоминания, гнал, словно они могли причинить мне боль. Ведь не так уж все плохо было у нас с Йоркой! И расстались мы довольно культурно… По крайней мере, без скандалов. И непонятно, чего я сейчас на Йорку злюсь-то?!

А ведь Гилэйн не так и прост, как кажется на первый взгляд, подумал я. И ведь догадался же, что я от тоски и скуки уже дурею. Но, может быть, он и прав насчет того, что мне стало скучно, однако ввязываться в эту драконово-йорковскую эпопею у меня нет ни малейшего желания. Или есть?..

Когда я наконец получил возможность вести спокойную жизнь, то первые пятьдесят лет просто тащился, честное слово! После всех этих войн с инксами и закриарцами, после разборок с Земной мафией, после походов и боев сидеть просто так на солнышке было счастьем. Но теперь…

А ведь я чуть ли не радуюсь, когда эти полоумные рыцари заявляются сюда. Если бы не они, я бы от тоски точно загнулся! И Йорка своей магией тоже только со скуки занялась, не иначе. Просто она раньше меня начала скучать. Но это уже особенности возраста — я же ведь вдвое старше нее, что ни говори.

Я отбросил в сторону молоток и выдернул из грядки торчащий рукоятью вверх меч (вот он где, оказывается!…). Рука привычно изготовилась к бою, и стальное лезвие с шумом рассекло воздух над моей головой.

Не знаю, я еще ничего не решил, злобно подумал я. Я просто хочу привести в порядок свое оружие, почистить его, заточить. Свинство все-таки так обращаться с мечом. Со своим старым боевым товарищем. Он еще может мне пригодиться… В каком трактире остановился Гилэйн? «Одинокий моряк», кажется? Хорошее название. Романтическое. Сразу навевает мысли о старом и опытном капитане корабля, прошедшем все моря на свете. И списанном на берег за ненадобностью…

А может, и правда, съездить к Йорке? Подбить ее на этот драконий поход мне вряд ли удастся (не такая уж она и дура, что бы я там про нее ни говорил…), но хоть увидимся с ней, поболтаем… Про драконов… Или, к примеру, вспомним, как на Земле в казино отрывались, какая драка была на бульваре, как нас с ней в гостинице чуть не арестовали… Или битву при Андиоре, когда мы с Йоркой сражались рядом, плечом к плечу, как говорит Гилэйн. И нашу победу, после которой я окончательно поверил в мощь своей степной армии. Или то, как оказались у повстанцев на острове Сигр. А еще я мог бы рассказать Йорке о своей встрече с Автором. Она об этом ничего не знает, меня занесло к нему лет сорок назад, когда Йорка уже жила на своих болотах. Кстати, интересно, выполнит ли он наконец мое желание? Вообще-то он обещал, но пока что-то не заметно…

Я представил себе, как мы с Йоркой сидим рядышком, возле костра. Совсем как тогда, в Криарском лесу, после победы над инксами. Сидим и предаемся воспоминаниям. Ведь есть же что вспомнить, честное слово! И не только плохое, но и хорошее. И хорошего гораздо больше. А мое хозяйство подождет. Ни огород, ни парники никуда не денутся. А уж кладбище и подавно!…

Взгляд мой пробежал по рядам могил неудачливых рыцарей и остановился на свежем еще холмике с табличкой: «ДУРАК № 62». Вот именно, подумал я. Потрясающе точное определение. И не только для этого несчастного дуболома.

Ведь, если я поеду к Йорке на Риифорские болота, если я оставлю свою нынешнюю, тихую и относительно безопасную и спокойную жизнь, я как раз и буду дураком номер шестьдесят три! И, вполне возможно, закончу свои дни так же, как и шестьдесят два уже лежащих здесь.

Но если я не сделаю этого, возразил я себе, то буду уже дураком номер один.

И я пошел собираться в дорогу.

Глава вторая

ТРАКТИР «ОДИНОКИЙ МОРЯК»

Акарский трактир «Одинокий моряк» всем своим видом напоминал посетителям о существовании такого независимого государства, как Закриарье. Хотя, собственно говоря, Закриарье никогда и не было полностью независимым. Да и самого государства-то как такового никогда не существовало. Просто в свое время, когда все Межгорье находилось под игом инксов, в эти места переселилось огромное количество народа. Очень многие бежали сюда, спасая свою жизнь. И отделенные от инксийских рыцарей рекой Криар, протекающей через лес, беглецы находились в относительной безопасности. За шесть-семь десятков лет им удалось создать несколько городков, организовать свои общины и даже построить небольшой портовый город — Кагоар. Раньше здесь находились только лишь небольшой рыбацкий поселок (на месте нынешнего Кагоара) да несколько маленьких общин пастухов, пасущих свои стада у подножия Сиузских гор. Постепенно эта местность превратилась в сегодняшнее Закриарье.

Люди, населявшие Закриарье, пытались копировать привычный для них уклад жизни, к которому они привыкли с детства. Но в Межгорье существовали Бессмертные, принявшие на себя функции правителей. В Закриарье же Бессмертных не было. И эти функции взяли на себя простые люди. Но если Бессмертные, видя благо страны в отсутствии военных конфликтов (что, в конце концов, обернулось против нас самих во время инксийской кампании), занимались разоружением крестьян и всячески старались создать в Межгорье мирную жизнь, то закриарские вожди поступали иначе. В Закриарье в кратчайшие сроки была создана мощная и сильная армия, которая немало помогла Межгорью в войне против инксов.

К тому моменту, когда я повел Степь на Лаоэрт, в Закриарье правил Кавар — смелый и отважный охотник, не желавший никому подчиняться. Его считали здесь самым главным, и он обладал большими полномочиями, но пользовался ими Кавар в исключительных случаях. В обычное же время страна его существовала сама по себе. Возможно, что подобное государство и сумело бы выжить, если бы не инксы. Инксийские крепости стояли уже по всему левому берегу Криара, и, если бы Степь не начала войну, Закриарье ожидала бы участь всего остального Межгорья. Возможно, что Кавар хорошо понимал это: когда я явился к нему за помощью, раздумывал он не очень долго.

Йорка считала, что на решение Кавара повлияли мои слова о том, что в случае нашей победы Закриарье вынуждено будет воевать с Межгорьем, а в случае нашего поражения — с инксами. Я же думаю, что Кавар просто захотел править всем Межгорьем, а не одним только Закриарьем. Но это его желание пошло вразрез с желанием Сакра — пастуха из Риифорских лугов, бывшего командиром одной из моих армий. И буквально на следующий же день после бегства инксов под стенами Лаоэрта — нынешней столицы Межгорья — произошла кровавая стычка, положившая начало новой большой войне.