– Вот и первый тост готов, – сказала Шай.
– А мне кажется, что сперва надо за удачу, – произнёс Маргаретти.
Пока Шай разговаривала с Ловчим, Маргаретти уже успел зайти внутрь и найти переключатель. Лампы осветили небольшое помещение с барной стойкой, сценой с разнообразными музыкальными инструментами и дюжиной пластиковых столиков, сделанных под дерево.
Билл Ридд первым добрался до батареи бутылок. Он достал пять рюмок, поглядел на них, потом на Ловчего и спросил:
– У тебя как… там…
– Мне стакан воды и трубочку, – отозвался Ловчий.
Билл наполнил рюмки амасеком и исполнил желание скитария.
– Ну… за удачу! – произнесла Шай. – Чтобы у тех, кто там остался, всё получилось!
Амасек оказался дрянным, беспощадно драл горло.
– Ну и гадость, – поморщилась Сара Эпплбаум. – Билл, давай что-нибудь другое. Вон хотя бы “Уилсон Дей" возьми, – катачанка указала на зелёную бутылку с золотистой этикеткой и изображением какого-то четырёхлистного растения. – Наш полковник его очень уважал.
– Ха, – усмехнулся Билл. – Это точно ненастоящий. “Уилсон" на борту только в каюте Георга.
– Значит, и туда сходим, если тут всё такое говно.
Бывший пират опустился под барную стойку, звеня посудой и полупустыми бутылками. Он появился с банкой, на крышке которой было выведено кривым почерком “Первач 70".
– Вот это натур-продукт, – ухмыльнулся Билл. – А главное – никакого обмана.
Он сполоснул рюмки и наполнил их прозрачной жидкостью из банки.
Шай снова взяла слово:
– Мы пережили такое, что другим не по плечу. Желаю всем долгих лет жизни! И счастья, конечно! Мы заслужили.
– Где Агнец, когда он так нужен? – подмигнул ей Маргаретти. – Вот он бы тосты завернул! С философией, туда-сюда!
– Ага, – кивнула Шай. – Но его здесь нет. Что поделаешь?
Шай вдруг заметила, что пространство расплывается, словно она выпила лишнего или не рассчитала дозу. Закружилась голова. Нечто подобное она испытала, когда началось Сошествие на Мордвиге-Прайм.
Шай не успела среагировать. Да даже подготовившись, не всякий человек способен противостоять кровопускателям Кхорна.
Демонический меч поднялся и опустился. Рюмка разбилась, а алкоголь смешался с кровью.
Шай выпустила воздух со стоном и упала на колени. Пол стремительно приблизился, и мир перед глазами погас.
***
Из кровавой дымки, поднявшейся над землёй, высыпало целое полчище уродливых чудовищ. Их словно бы окутывало пламя, и на лбу каждого горел знак, похожий на восьмёрку бесконечности. Были среди них как человекоподобные твари с рогатыми головами и длинными змеиными языками, так и нечто похожее на боевых коней или орочьих сквигготов.
И если пару мгновений назад Каролус весь продрог и успел проститься с семьёй, то теперь не чувствовал ничего, кроме желания убивать. Рыцарь ощутил запах меди и вкус крови. Он хотел подхватить боевой клич кроваво-красной орды, но вовремя остановился. Каролус встряхнул головой и отвёл боевую машину чуть дальше от бойни, чтобы разобраться в происходящем. Он услышал по вокс-связи:
– Кровь! Кровь Императору!
Гарольд поддался. И это было бы не так плохо, если бы "Несущего Боль" окружали только тираниды, но Гарольд принялся с упоением давить наёмников, а потом превратил в металлолом боевую машину Ворона.
– Ворон! – воскликнул Каролус.
– Брат! – воскликнул Змей.
– Кровь! – воскликнул Гарольд. – Я стану Избранным Его!
– Ты – труп! – выкрикнул Змей.
Оруженосец повёл боевую машину на сближение с "Несущим Боль", не обращая внимания, что они находятся в разных весовых категориях.
Каролус вырвался из окружения и отступил к кислотному морю. После нескольких часов тяжелейших схваток "Одинокий Король" не то чтобы плохо выглядел, он даже управлялся с усилием.
– Фредрисхальды не отступают! – кричали одни Духи.
– Ты погубишь нас! – вопили другие.
Каролус едва не оглох от противоречивых команд, а поэтому пропустил мимо ушей почти всю прощальную речь Змея.
– ...ец мог бы вами гордиться, – закончил оруженосец и оборвал связь.
Каролус развернул боевую машину и увидел "Несущего Боль", нависающего над поверженной "Глефой". Гарольд принялся пилить кабину, когда прогремел взрыв, заключивший обоих в пламенном вихре. Когда огонь спал, то Каролус увидел, что "Несущий Боль" ещё движется. Боевая машина лишилась обеих ног, а цепной меч расплавился, но Гарольд хватался за плоть биокорабля латной перчаткой, подтягивался, ловил тиранидов, демонов и наёмников, чтобы превратить их в фарш.