Напрасно флибустьеры пытались обойти водопады берегом. Страшные скалы и бездонные пропасти остановили их буквально в нескольких шагах от Дарьена.
Можно представить, что трех храбрецов, отсутствовавших так долго, ждал очень горячий прием. И самой большой наградой для них было пожатие руки графини.
— Теперь мы свободны, — рассказывал дон Баррехо Равено и Буттафуоко, — так как маркиз погиб, а мы привели с собой подданного покойного касика. Теперь, когда никто не сможет задержать нас в пути, не следует медлить с вступлением в Дарьен.
— Как только нам удастся преодолеть водопад, мы не будем терять ни одного дня, ни единой минуты, — ответил вождь флибустьеров. — Но я не думал, что перед нами окажется такое трудное препятствие.
— Надеетесь одолеть его?
— Да, надеемся справиться с ним при помощи изобретенных мною корзин. Спуск, однако, будет ужасным, и я могу предвидеть, что многие из моих людей предпочли бы скорее умереть, чем подвергать себя такому кошмарному испытанию.
— Если хотите, первыми пройдем испытание я и Мендоса. Мы отлично плаваем, а кроме того, умеем с честью выходить из любых, даже самых гибельных ситуаций.
— Видел я, как вы добрались сюда после стольких приключений, — ответил Равено. — Мы уже считали вас погибшими.
— Нас!..
— Повешенными маркизом де Монтелимаром.
— Между тем, сеньор Равено, маркизу пришлось сводить счеты с моей драгинассой на рыцарской дуэли, как это принято у меня на родине. Если судьба была против него, мне нечего сказать.
— Гасконцы всегда верны себе, в каком бы уголке света планеты не находились, — сказал присутствовавший при беседе Буттафуоко. — Впрочем, этот Монтелимар доставил нам слишком много беспокойства. Мир его душе.
Тем временем изготовление корзин шло быстро. Сначала делали каркас, потом скрепляли его лианами. Каждая корзинка была высотой в полтора метра, а в окружности достигала метра. В каждую корзинку должны были сесть два человека.
Но прежде чем попробовать преодолеть в этих конструкциях водопад, флибустьеры, которые, в сущности, очень дорожили своей жизнью, особенно теперь, когда в их руках вот-вот должны были оказаться сказочные богатства великого касика, проделали серию экспериментов, которые должны были показать, можно ли вообще довериться новому типу суденышек.
Флибустьеры спустили на воду штук пять-шесть корзинок, загрузив их крупными камнями, так что вес корзинки примерно соответствовал весу двух крупных мужчин. Все эти «лодчонки» успешно преодолели водопад, перевернувшись только у его подножия. Ну а поскольку все флибустьеры были превосходными пловцами, купание в реке их не беспокоило.
Но перед главной проверкой страх охватил даже тех из флибустьеров, кто не раз смотрел в глаза смерти. Этот скачок с высоты более двадцати метров в быструю стремнину пугал всех. Но больше всего страшил ужасающий рев, поднимавшийся из бездны.
И вот корзины были готовы; их хорошо промазали хвойной смолой, но никто из этих смелых мужчин не решался войти внутрь.
На счастье, среди флибустьеров оказались два бесстрашных гасконца и Мендоса.
— Раз другие не решаются, попробуем мы, — сказал дон Баррехо. — В конце концов речь ведь идет всего лишь о неприятном купании. Не так ли, Мендоса?
Баск поморщился.
— А если эти корзинки стукнутся о скалы, разлетятся и нас, беззащитных, выбросит в водопад?
— У тебя, приятель, тысяча своих резонов, у меня — тысяча своих. Ты хочешь вернуться теперь, когда Дарьен у нас перед носом? Мое мнение, что это предприятие закончится, как обычно, прекрасно. Де Гюсак отправится с индейцем, а ты — со мной.
— Хотите показать пример? — спросил Равено, которого, похоже, также охватил немалый страх.
— Ну, разумеется, сеньор мой, ведь гасконцы и баски всегда идут впереди всех.
— Если вам повезет, следите за корзинкой, куда сядут графиня ди Вентимилья и Буттафуоко.
— Мы их поймаем на лету, уверяю вас, — бойко ответил дон Баррехо.
Потом, возвысив голос, он закричал:
— Занять места!..
На воду спустили две корзины, снабженные шестами. Гасконец номер один и Мендоса вошли в первую, погрузив ее своим весом в воду до половины; Де Гюсак и индеец заняли места во второй.
Воодушевленные такой смелостью флибустьеры трижды прокричали «Ура!» в честь Гаскони и Бискайи.
Графиня ди Вентимилья, сильно растроганная, махнула своим платком, приветствуя четырех смельчаков.
— Пошли!.. — крикнул дон Баррехо, схватив один из шестов. — Посмотрим, что там находится ниже водопада.
Корзины подхватило течение и быстро понесло к водопаду, который чудовищно грохотал, поднимая вверх целую завесу из водяной пыли.