— Я же говорил тебе, что они опаснее испанцев, — напомнил ему Де Гюсак. — Когда они бросаются в атаку, их не остановит даже артиллерия.
— Будем надеяться, что они встретят наших врагов и разорвут этого несносного пса.
Авантюристы, опасаясь неприятного момента, когда они будут обнаружены, поспешно поднялись еще выше, перебираясь с ветки на ветку.
Под ними быки продолжали вслепую утюжить кусты, то яростно топча заросли, то останавливаясь на несколько мгновений, словно пытаясь разобраться в доносившихся издалека шумах. Возможно, они услышали собачий лай и догадались о приближении испанцев.
— Что за гадкие животные! — не удержался вечный болтун, продолжая лезть вверх. — Вы правильно сказали, Де Гюсак, что они хуже испанцев, хотя мы этого еще не попробовали.
— И не советую тебе пробовать, — отозвался гасконец номер два. — К счастью, они не могут лазать по деревьям, и мы найдем удобное гнездышко на вершине этой сосны.
— Гнездышко, вы говорите? — спросил Мендоса, забравшийся выше всех. — Думаю, такое есть наверху, и достаточно большое, чтобы вместить нас всех. Только нам придется иметь дело с его владельцами.
— Что ты там открыл? — поинтересовался дон Баррехо.
— А ты разве не видишь большое черное пятно?
— И чье это гнездо?
— Кондора!
— Пустое оно или нет, мы его займем, — ответил грозный гасконец.
— Береги свои глаза, приятель. С кондорами не шутят.
— Может, оно пустое.
— Это мы узнаем через пять минут.
— Мне кажется, дьявол сунул свой хвост в наши дела. Быки как раз под нами, огромные птицы — сверху, а испанцы готовы расстрелять нас!
— Молчи и лезь вверх, — посоветовал Мендоса.
Этот подъем, казалось, не кончится никогда: таким высоким было дерево. Наконец, Мендоса, лезший первым, добрался до своеобразной платформы с поднятыми краями, образованной пересекающимися толстыми суками. Платформа могла выдержать не только троих, но даже шестерых, так что в ее прочности сомневаться не приходилось.
— Это именно гнездо кондора, — сказал Мендоса. — Если оно пустое, мы можем спокойно отдыхать в нем и даже пропустить испанцев. Здесь они нас, конечно, не заметят.
— А если оно занято, мы выставим жильцов за дверь, — добавил дон Баррехо. — У нас есть ружья и шпаги; мы сможем внушить почтение этим воздушным гигантам. Лезь выше, Мендоса, но сначала убедись, прочна ли эта большущая корзина.
— В этом я убежден без всякой пробы.
Баск ухватился за край гнезда и в два приема оказался внутри, уткнувшись лицом в птичьи перья и ужасно вонючие объедки.
— Плохо дело! — крикнул он, вставая на колени. — Гнездо занято.
— Кем? — спросил дон Баррехо, который с помощью Де Гюсака забрался с другой стороны.
— Здесь два кондоренка. Они сладко спят посреди всего этого свинства.
— Выкинь их.
— А если вернутся родители? Нельзя шутить с кондорами, приятель.
— Тогда задуши их. Потом они пойдут нам на ужин.
— Фу!.. Пернатые, вскормленные падалью!..
Дон Баррехо поднял перья и сухие травы, раскрыв двух еще не оперившихся птенцов величиной с индюка.
— Было бы лучше, если бы мы их не нашли, — сказал он. — Выброси их, пока родители не вернулись, а потом немного почистим гнездо. Здесь полно дерьма.
Баск сначала посмотрел на небо, потом, ничего не заметив, взял двух малышей и бросил их в лес, а в это время Де Гюсак и дон Баррехо выкидывали перья, остатки пищи и большие охапки сухой травы.
— Панчита управилась бы с метлой куда лучше, — вздохнул грозный гасконец. — Нам же привычнее действовать шпагой или драгинассой.
— Или иметь дело с бокалом мецкаля и хереса, — лукаво добавил Мендоса.
— Дорогой мой, надо уметь зарабатывать на жизнь… Тю! А где же испанцы? Что-то я не слышу собачьего лая.
Какое-то время вся троица напрягала слух, но так и не услышала низкого голоса грозного животного.
— Может быть, они уже внизу? — задал самому себе вопрос дон Баррехо и скорчил гримасу. — Мне что-то не очень по нраву начинать сражение в шестидесяти метрах над землей.
— Прежде всего посмотрим, что делают быки, — сказал Мендоса. — Если они все еще пасутся в лесу, значит, испанцы пока не подошли.
Он встал на четвереньки и пробрался до края обширного гнезда. С такой высоты был виден большой кусок леса; к тому же растительность здесь была не такая густая, как на склоне сьерры.
— Ну, что видно? — спросил дон Баррехо, стоявший позади Мендосы.
— Быки пасутся как раз под нашим деревом, — ответил Мендоса.
— И тем не менее несколько минут назад испанцы были совсем недалеко. Из аркебузы выстрелили самое большее в тысяче шагов.