Леша посмотрел на время, затем быстро собрался и вышел на улицу. На эту дату было запланировано собрание кволити.
Леша двинулся в сторону главной площади. Подойдя к торговому центру, юноша увидел прямо у памятника Ильича Петьку, который ожидал его.
- Здорова, как сам? - Поинтересовался Леха, приблизившись к Петьке.
- Нормально, вот взял, что просили. - Потряхивая пакетом, ответил Петька.
- Слушай, а ты как экзы сдал?
- Ты про этот дурацкий государственный тест? - Переспросил Петька. - Пойду на пересдачу.
Молодые люди двинулись в сторону дома Сони.
- А ты нашел, пря то, что просили?
- Конечно, правда, пришлось обойти почти все притоны города, но я нашел, что просили, это полный улёт.
- Я слышал, что в этот раз на собрание приглашены члены диаспоры, какой-то среднеазиатской страны.
- Да, Соня сказала, что таким образом мы будем способствовать развитию прогрессивного интернационализма.
Закончив разговор, молодые люди подошли к нужному дому.
XII
Собрание проходило как обычно, море алкоголя и разговоры про правильные ценности. Леша привык и к тому же сам принимал активное участие.
Несмотря на то, что эти собрания были круглосуточными, к первому часу ночи, многие уже разошлись по домам, кроме Петьки и Леши.
Юноши перешли из гостиной комнаты на кухню, которая вела на балкон.
На кухне сидела одна из верных последователей «лидерессы».
Петька уселся за кухонный стол, закинул ремень на руку и крепко его затянул.
- Ты что делаешь? - Резко спросил Алексей, как будто действия друга привели Алексея в чувства.
- Кайфую, не мешай. - Ответил Петька, достав шприц.
- А где Соня? - Обратился вдруг Алексей к рядом сидящей девушке, которая была погружена в телефон с головой.
- Соня? - Как будто пытаясь уточнить, продолжала девушка. - Она объясняет трем парням из диаспоры основы гендерной теории в своей комнате.
Алексей резко засуетился, пытаясь понять, что происходит и как он к этому пришел, у молодого человека, было такое ощущение, что он проснулся от долгого сна, покинул матрицу.
Петька ввел себе дозу, затем войдя в раж, выпил содержимое из стакана, который стоял рядом и сидя шмякнулся на стол. У Петьки закатились глаза, он немного покряхтел и побился в конвульсиях, затем успокоился. Наверно он умер.
Рядом сидевшая девушка не обратила внимание на Петьку, изо рта которого медленно шла пена вперемешку со слюнями.
«Что делать?» - Схватившись за голову, подумал Алексей. – «Как так, черт возьми, получилось? Нужно все обдумать»
Пытаясь собраться с мыслями, взгляд Алексея упал на балкон. Юноша открыл балконную дверь и подошел к большому окну, которое выходило на солнечную сторону. Алексей это понял, потому что, несмотря на ночь, за горизонтом уже виднелась еле заметная утренняя заря, которая сопровождала каждый июньский денёк.
Алексей зажег сигарету и принялся смотреть в окно.
«Как я пришел к этому? К этой компании, к этому образу жизни, к этим вредным привычкам?» - Перебирая вопросы у себя в голове, продолжал рассуждать Алексей. – «Я запутался, запутался в этой паутине лицемерия и лжи. Кволити в сущности ничем не отличается от «отчизны», все они прикрывают свои пороки какими-то сокровенными вещами, хотя ни те, ни другие не верят в них, это все большой обман. Такие люди как Соня или Неворуев точно пауки-тарантулы, ловят в свою паутину людей. Перед тем как съесть своих жертв, эти пауки выпускают яд. Навязывают им нелепый антагонизм к инакомыслящим, за которым, скрывается желание скрыть свою неполноценность»
«Александр вовремя догадался» - Вспоминал Алексей. – «Я ошибся, это не он, а я слаб, это мне не хватило смелость и воли, чтобы заметить все раньше, да что уж и говорить, желая вырваться из одной паутины, я с радостью закутался в другую. Теперь мне понятно нет никаких чистых истин»
Алексей затушил сигарету.
«Повезло же тебе Александр, они не успели тебя съесть, эти лицемерные бесы» - Рассуждал Алексей. – «А я уже мертв, моральный труп. Теперь я понимаю, о чем говорил тот старик, я уже тогда был мертв и таких оживших наборов симулякров великое множество, наверно целое поколение»
Алексей посмотрел в окно на красивую зарю и панельные домики, которые были ему родными. Огонь в глазах Алексея пропал, его вечно яростный и недоверчивый взгляд сменился на спокойный и вдумчивый.
Единственное сокровенное, что у меня еще не отобрал этот мир двойных стандартов, так это вечную красоту природы, пожалуй, она и есть действительно вечная и чистая истина, которая была до нас, и обязательно останется после нас.