Вирус, который принёс с собой астероид, распространялся молниеносно, поражая тех, кто выжил после катастрофы. Первые признаки заражения напоминали обычную простуду: лихорадка, кашель. Затем температура тела стремительно падала, а изо рта начинала течь кровь. Чёрная кровь. Через несколько минут человек умирал, а вскоре его тело вновь оживало, но уже не для жизни, а для охоты.
Мутанты были сильнее и быстрее обычных людей. Их острое зрение, слух и обоняние превращали выживших в лёгкую добычу. Один укус или попадание чёрной крови в кровь человека – и жертва превращалась в чудовище.
Эпидемия уничтожала остатки цивилизации. Люди, не зная, как справляться с реальностью, теряли всё. Тем, кто остался на поверхности, пришлось бороться за жизнь в мире, где каждый новый день мог стать последним.
Прошло одиннадцать лет с тех пор, как первые лучи солнца вновь пробились сквозь мрачные, чёрно-красные облака, окутывающие землю. Но прежнего мира больше не было. Выжившие превратились в мутантов, а избранные, вышедшие из своих бункеров, думали, что готовы встретить этот новый мир, который всегда был моим домом, но в один миг превратился в ад.
Глава 1
Воздух был наполнен сладким ароматом полевых цветов, настолько густым и тёплым, что казалось, он обволакивает изнутри, словно летний день остановился в своей самой яркой точке. Я вдохнула его полной грудью, словно впервые за долгое время позволяя себе расслабиться, и на мгновение мир вокруг замер. В ногах ощущалась мягкость земли, тёплая и немного шероховатая. Я двигалась медленно, почти неосознанно, но осторожно, будто боясь спугнуть эту иллюзию покоя. Когда я открыла глаза, передо мной раскинулась узкая тропинка, едва заметная среди высокой травы. Она уходила вдаль, к невысокому холму, на вершине которого высилась одинокая ива. Её ветви, длинные и мягкие, словно нежные руки, склонялись к земле, окружённой бескрайним морем бело-жёлтых ромашек.
Я сделала ещё один глубокий вдох. Сладкий аромат цветов смешался с чувством тишины и умиротворения, которое я не испытывала уже долго время. Всё вокруг казалось таким реальным, и в то же время призрачным.
Я двигалась вперёд, шаг за шагом, приближаясь к иве. На одной из её толстых веток покачивались старые качели. Верёвки, натёртые временем, были толстые и крепкие, а сиденье – деревянная дощечка с потёртой поверхностью – хранило следы, оставленные множеством детских рук и ног. Это место казалось вырванным из моей фантазии, но я знала его. Знала по рассказам родителей о ферме моих дедушки и бабушки в Техасе.
В их историях эта ферма всегда была местом покоя и уюта. Холмистые поля, усеянные ромашками, за старым деревянным забором, большой, но тёплый дом с широкими крыльцами, где пахло выпечкой и слышался смех. Я никогда не видела это место, но оно ожило в моём воображении, как будто я проживала каждую деталь их рассказов. Это было место, где я всегда могла укрыться в мыслях, когда реальность становилась слишком мрачной.
– Мэди? – внезапно раздался голос мамы. Он прозвучал так знакомо и так обыденно, что я невольно улыбнулась, оборачиваясь.
Но то, что я увидела, заставило меня похолодеть от ужаса. Она бежала ко мне, но её тело двигалось странно, неестественно. Её глаза… Чёрные как бездна, из которых текла густая тёмная жидкость как слёзы. Её лицо и руки были серыми, словно высохшая глина. Я застыла, не веря своим глаза. А её голос… Нет, это больше походило на рычание голодного зверя, который преследует свою жертву, чтобы утолить голод. Низкое и хриплое.
– Мама… – слова сорвались шёпотом, наполненным неверием. Я сделала шаг назад, чувствуя, как страх пронизывает всё моё существо. – Мама?
Она двигалась ко мне невероятно быстро, стремительно сокращая дистанцию между нами.
– Мама?! – крикнула я.
Она не отвечала. Вместо этого я снова услышала рычание вперемешку с громким клёкотом. Моё дыхание стало рваным, а сердце колотилось так сильно, что, казалось, его удары оглушали меня
– Мама, что с тобой? – я кричала, но мой голос тонул в хрипе ужаса. Она была уже рядом. Я отступала назад, но мои ноги запутались, и я упала, ударившись о землю. Мгновение спустя она навалилась на меня и её тело, холодное и тяжёлое, почти прибило меня. Я задыхалась от всхлипов и мою правую руку пронзила жгучая боль.
– Мамочка, что ты делаешь? Пожалуйста, хватит! – Она вгрызалась в моё предплечье и я чувствовала, как обжигающие слёзы катятся по щекам. Но она не слышала. Её зубы продолжали разрывать в клочья мою кожу. Мир превратился в вихрь боли и ужаса.