Вновь наступила тишина, тяжёлая, как свинец. Казалось, даже шум двигателя и гул дороги отступили на второй план, уступая место звенящему молчанию. Джесси ещё сильнее опустила голову не в силах поднять на меня глаза. Сделав глубокий вдох и отвернувшись к дороге, я посмотрела на Остина. На мгновение он прищурился, не отрывая взгляд от дороги. В его глазах мелькнула тень сомнения, но он быстро её подавил.
– Сколько у нас времени до того, как закончится топливо? – спросила я, с трудом удерживая голос ровным. Я понимала, что сейчас самое главное – сохранять трезвый рассудок.
– Минут пятнадцать, если повезёт, – коротко бросил Остин.
– Этого хватит, чтобы найти укрытие? – продолжила я, надеясь, что ответ окажется обнадёживающим.
Остин нахмурился, его пальцы вновь побелели от силы, с которой он сжал руль.
– Если будет что-то поблизости… – тихо ответил он, словно сам не верил в то, что сказал.
Я вдохнула, стараясь прогнать волну дрожи, охватившую тело. Непроизвольный холодок пробежал по моей коже, но я стиснула зубы и заставила себя сосредоточиться.
– Впереди есть мост, – спустя несколько секунд продолжил Остин, указывая пальцем вперёд. – Если мы сможем его пересечь, есть шанс, что у нас получится частично сбросить их с хвоста. Но если нет… – он замолчал, словно произнести конец этой фразы было выше его сил. Но смысл и так был ясен: мы окажемся загнанными в угол без единого шанса на спасение.
Я сжала кулаки, пытаясь прогнать панику, сдавливающую грудь. Мост. Это слово звучало как спасение, но на вкус оставалось горьким, как зола.
Я повернула голову и посмотрела в окно. Позади нас всё ещё стелилась дымка поднятой пыли, но претов уже не было видно. Это должно было принести хоть каплю облегчения, но… нет. Их исчезновение из поля видимости казалось лишь затишьем перед бурей, перед чем-то ещё более ужасным.
Мы мчались вперёд, машина рычала, подскакивая на огромных выбоинах, как раненый зверь, из последних сил несущий нас вперёд. каждая кочка, каждый удар колёс по неровной дороге отдавались в теле болезненной пульсацией.
Впереди, за лёгкой дымкой, всё более явно начали проступать очертания моста. Он стоял, как призрак прошлого, полуразрушенный, словно изуродованный гигант, которому не хватило сил выдержать вес времени. Лишь покорёженные стальные балки удерживали эту хрупкую конструкцию над пропастью.
– Он… – начала я, всматриваясь в зияющую дыру в центре моста. Моё сердце замерло, когда я осознала, насколько всё плохо.
– Вот дерьмо… – выругался Остин, его голос был едва слышен, но в нём звучало то же, что я видела в его глазах. Чистая, необузданная паника, прорывавшаяся сквозь броню его спокойствия. Он всегда казался мне непоколебимым, но сейчас, в этот момент, он выглядел так, будто сам не знал, справится ли с тем, что нас ждало впереди. Но у него были лишь жалкие секунды на принятие решения. – Держитесь крепче! – громко сказал он, резко втопив педаль газа.
Машина рванула вперёд и меня моментально вжало в кресло. Пальцы судорожно стиснули ремень, а сердце, казалось, готово было разорваться на мелкие кусочки от дикого страха. Каждый его удар отзывался болью в груди, заглушая шум мотора и даже моё собственное дыхание.
Я до боли зажмурила глаза.
Вдох.
Выдох.
Вдох.
Выдох.
Вдох…
Глава 5
Удар.
Глухой, мощный, словно само небо обрушилось на землю, разорвав её на части.
Визг тормозов.
Резкий, протяжный, словно крик, прорезавший и застывший на грани тишины.
Я медленно открыла глаза, чувствуя, как сердце бешено стучит где-то в горле, отзываясь каждой жилкой. Передо мной простиралась неровная дорога. Мы были на другой стороне моста. Мы выжили. Не знаю, как, но у нас получилось.
– Все в порядке? – голос Остина вывел меня из оцепенения, громкий, чуть хриплый, полный напряжённого беспокойства. Он оглядел нас в попытке удостовериться, что никто не пострадал.
Я не сразу осознала, что мои пальцы по-прежнему сжаты в кулаки, вцепившиеся в ремень безопасности так, что ногти оставили следы на ладонях. Кое-как разжав руки, я почувствовала лёгкую боль, но это была ерунда по сравнению с тем, что могло случиться, если бы у нас не вышло. С трудом вздохнув, я кивнула, хотя сама до конца ещё не верила в то, что жива. Осмотревшись, я повернулась назад и мой взгляд остановился на Лео. Его лицо было бледным, но губы… они были сжаты в тонкую линию, слегка дрожали, и – боже, мне показалось или… – он улыбался?!