— Зря надеешься. — усмехнулся мужчина, наблюдая, как белеют костяшки ее пальцев и надеясь, что на ангелах синяки не остаются — Я выполнил часть клятвы, теперь твоя очередь.
— Я все сделаю. — буркнула Берта, и приказала ангелу следовать за ней в открытый портал.
Оказавшись в замке колдуньи, Ниас сел на пол и принялся наблюдать за хозяйкой. А посмотреть было на что. Женщина металась из угла в угол, запустив трясущиеся пальцы в волосы, и бормоча на ходу:
— Что же делать? Что мне делать?
Наконец, словно силы оставили ее, упала на пол рядом с ангелом, потянулась к нему всем изможденным телом и прижалась лихорадочно горящей щекой к его плечу. Ниас, повинуясь ее мысленному желанию, обнял ее за острые худые плечи.
— Нет, я не отдам тебя. Ни за что… Я убью его, убью! Но тебя не отдам.
Обнимая свою любимую игрушку, в разлуке с которой так тосковала, она не заметила, как в полумраке комнаты ангел грустно улыбнулся, самую малость — краешком губ.
— Что это с ней было? — тихо спросил Даниэс, спускаясь по лестнице вниз.
Корин не повернулся, он так и остался стоять у стены, в которой исчезли Бертана и ангел. Плечи мужчины едва заметно дрожали от сдерживаемого гнева. Ходящий подошел ближе и, чуть коснувшись его руки, позвал:
— Корин, ты в порядке?
— Да. — колдун перехватил руку мальчика и потянул за собой — Идем пить чай. Я в норме.
— Эй, объясни мне, что с этой дамой не так? — потребовал демоненок, однако руку не вырвал.
— Не знаю. Видимо, она подчинила не только Ниаса себе, но и себя Ниасу. Стала похожа на наркоманку.
— Наркоманку? — не понял Дани — Это еще кто?
Корин разлил ароматный напиток по чашкам:
— Некоторые люди принимают определенные вещества, вредные для здоровья, но вызывающие галлюцинации и эйфорию. Привыкают к ним, и жить без них уже не могут. Случаются ломки — организм требует очередную дозу, они принимают снова и в результате умирают.
— Хочешь сказать, ангел для нее такое вот вещество?
— Похоже на то.
— Тогда вряд ли она захочет его отпускать. — демоненок задумчиво захрумкал печенькой — Если, не мазохистка, конечно. Выглядит скверно, да у нее крышу рвет…
— Вот поэтому и нужно освободить Ниаса. Иначе я рискую лишиться их обоих. — заклинатель задумчиво уставился в стену поверх головы Дани — Чем она вообще думала?
— Я догадываюсь, но озвучивать не буду.
Корин улыбнулся и посмотрел на Дани:
— Скажи, это вообще реально: связаться с умершим представителем расы ангелов?
Даниэс отставил в сторону чашку и воззрившись на мужчину серьезным взглядом красных глаз, ответил:
— Три процента из ста. Ты же знаешь, что эти существа жили в своем измерении, куда попасть кроме них никто не может. Наверняка все мертвые ангелы именно в этом измерении. Три процента против ста, что я смогу прорваться туда. Но даже если и получиться, шансов вернуться пол процента из тех же ста.
— Вот как. — Корин даже побледнел слегка — Зачем тогда ты предложил этот вариант, если это чистой воды самоубийство?
— А что мне терять? — Даниэс спокойно повел плечами — Ни семьи, ни друзей. К тому же я слабый, и едва выйду за пределы твоих территорий, проживу недолго. Таких умников, как Крадущие, пруд пруди. А я Ходящий. Слабый, беспомощный и полезный. Меня просто съедят на закуску сильные акулы.
— Ну так не выходи за пределы моих территорий. — Корин так же спокойно смотрел на мальчика — Разве я гоню тебя? Будь при мне, помощником станешь. Заметь, на добровольной основе, а не в рабстве.
— Вот я и помогаю, чем могу. — невозмутимо ответил ходящий — Не хочу быть бесполезным. И я прорвусь к ангелам или умру. Должен же я хоть чем-то оплатить твое покровительство.
— Но не самоубийством! — потерял терпение колдун — Мы придумаем другой вариант. Вот только…
— Времени у нас мало. — закончил его фразу Даниэс — Если бы нашелся хоть кто-то с похожим намой даром, шансы бы увеличились до пятнадцати процентов.
— А ты никого не знаешь?
— Увы.
Корин помолчал немного, обдумывая слова демоненка, затем достал из кармана сигару и закурил.
— Дани, я найду все, что тебе понадобиться.
— На это уйдет много времени. — возразил ему мальчик.
— А ты потерпи. — колдун выдохнул густую струйку дыма — Не надо спешить.
Зарина лежала на огромной постели из шелка и бархата. Жуткое сочетание. И бесцельно смотрела в потолок. Уже неделю она не вставала, отказывалась от еды и наблюдала только этот потолок, зеркальный, кстати. Мерзость какая.
Самоубийство не получилось. Именно поэтому она и оказалась тут, в спальне Виара. Собственность высшего демона, главы богатого и сильного клана Безмолвного Крика. И «муж» не отложил всю процедуру до лучших времен. Клеймил сразу. Хотя, у них это называется почетным принятием в клан. После чего запер ее в комнате без окон и под охраной. Настоящая тюрьма, ничем не лучше подземелья и цепей.
Найденный рядом с ней дневник отец уничтожил. Он был в ярости, узнав, что его дочурка умудрилась влюбиться в подчинившего ее заклинателя, ненавистного ему Корина, известного как Ково. Зарину выпороли розгами, чтобы дурь из головы вылетела, и отдали в другой клан. Розги для демона не страшны — раны затянулись уже через пару часов, а вот оказаться в полном распоряжении ненавистного демона, ставшего ей мужем, было страшно.
Три раза в день приходили служанки, обхаживали ее, кормили через силу, украшали. Но Зарина оставалась такой же вялой. Она знала, что девушек накажут, пусть они и невиновны в том, что не могут угодить госпоже, вернее, расшевелить пленницу, но ей не было их жаль. С каждым днем она понимала, что становится жестокой. И начинала ненавидеть все вокруг.
Через три месяца молодая демонесса осознает, что больше всех ненавидит не отца, и не мужа. А того, кого любит больше собственной свободы, ради кого она бы продала эту свободу, и жизнь отдала бы, не задумываясь. Она поймет, что ненавидит предателя, отдавшего ее отцу, и чем сильнее любит, тем больше ненавидит его. Корина.
Тени под глазами становились все темнее и больше. Отражение вообще напоминало покойницу, но заклинательницу это мало волновало. Она была счастлива, ведь за спиной стоял ее Ниас, и радостно улыбалась своему отражению потрескавшимися бледными губами, невзирая на то, что платье, которое раньше было в пору, теперь болталось на ней, как на палке.
— Ниас, я красивая?
— Да, хозяйка. — равнодушно откликнулся ангел.
— А ты тоже сегодня станешь красивым. — пообещала Берта и, отойдя от зеркала, распахнула дверки гардероба — Как я.
Нервными движениями, она перебирала ряды вешалок с сотнями нарядов, пока руки не остановились на белом свободном платье с короткими рукавами.
— Надень. — приказала она.
После переодевания они спустились во двор замка. Демоны не обратили внимания на спятившую хозяйку в прозрачном голубом платье, не скрывающем ее ставшую костлявой фигуру, зато воззрились на Ниаса в коротком белом платье, смотрящемся на нем как туника и черных обтягивающих лосинах, явно ему коротковатых. Картину завершали босые ступни, ну не нашлись у Берты туфли сорок первого размера, и прозрачные стрекозьи крылья за спиной, какие бывают у фей. Впрочем, никто над ангелом не смеялся, ему даже сочувствовали. Никому бы не хотелось оказаться любимой игрушкой сошедшей с ума заклинательницы.
— Летай. — ведьма, остановившись посередине двора, повернулась к ангелу.
Но тот стоял, не шелохнувшись, безэмоционально взирая на хозяйку.
— Ты что, не слышал меня?! — завизжала женщина — Ты же эльф! Я сказала, летай!!!
— Хозяйка, — решил вступиться кто-то из демонов, — он не может летать.
— Что? — тихо переспросила Бертана и, обернувшись к защитнику, с непередаваемым выражением детской обиды на лице спросила — Почему?
— Э… — растерялся подчиненный, не зная, как объяснить чокнутой госпоже элементарную вещь — А у него крылышко болит, вот.