Юки повернулся к спутнику и замер, увидев, как бледен демон, будто вампир, только вылезший из склепа.
— Все в порядке. — дрожащими губами произнес демоненок, и слизнул черную струйку крови, побежавшую из носа.
— Ага, я вижу. — скептически откликнулся Никита и, взяв Даниэса за руку, заставил опереться на свое плечо — Мы быстро. — растерянно оглядев пейзаж, он увидел в отдалении нечто напоминавшее остатки построек — Нам туда.
И они потопали по мертвой, выжженной земле в поисках хоть одного обитателя, мертвого или живого — все равно. С каждым шагом Дани все больше слабел, практически повисая на Юки.
— Терпи. — хрипел медиум, волоча его на себе — Почти пришли.
Добравшись до нужного места, они прошли под полуразрушенной аркой, некогда белоснежной, изящной, воздушной, теперь же напоминающей кость погибшего неизвестного существа, жалко торчащую осколком, как бы в укор небесам. Дальше идти не стали. Юки, конечно, с удовольствием побродил бы по этим дивной красоты руинам, бывшим некогда большим городом, полным света и жизни. Но он бы не оставил Даниэса. Демон кулем рухнул на землю, поднял мутный взгляд на медиума и прохрипел:
— Юки, ты видишь? Кого-нибудь… видишь?
Тяжело дыша, медиум покрутил головой в разные стороны:
— Нет. Тебе придется подождать меня тут, я быстро.
— Я подожду. — кивнул Дани и скорчился, жалобно заскулив.
— Да что такое? — пробормотал Юки и, опустившись на колени, поднял голову демоненка, всмотрелся. К крови из носа добавилась кровь из ушей — Твою мать! Жди, я быстро.
И, оставив Дани на белых камнях, бывших некогда мощеной дорогой, со всей доступной ногам скорости, Юки бросился вглубь мертвого города, перепрыгивая обвалы, перелезая через обрушившиеся стены, призывая все свои чувства и эмоции, чтобы хоть один призрак явился, но никто не отзывался. Наконец, задыхаясь и еле сдерживая злые слезы, медиум остановился, пнул первый попавшийся булыжник и заорал в темное небо с тремя солнцами:
— Да где ж вы все, уроды?! Чтоб вы сдохли девять раз!!!
Дани было жаль, что если его сил не хватит, чтобы пережить такое путешествие?
— Мы как бы уже все сдохли. — произнес за спиной бархатистый глубокий голос — Зачем кричать-то?
Юки подпрыгнул как ужаленный, обернулся и забыл, как дышать. Перед ним стоял молодой человек, стройный, гибкий, тонкокостный. Бордовые волосы были переплетены цепочкой из белого металла и толстой косой свисали с плеча до самых бедер, серебристо-серые, чуть раскосые, глаза смотрели на Юки с любопытством, но не враждебно, по высокой изящной скуле ручейком стекала ярко-алая, слегка мерцающая кровь из пореза. Юки трудно сглотнул и проследил как эта струйка, он в жизни не видел такой красивой крови, падает на жесткий стоячий воротничок светло-серого одеяния, практичного, строгого и не стесняющего движений.
— Да, я теперь такой. — усмехнулся незнакомец, видя, как позеленел медиум, переведя глаза с лица собеседника на его туловище. Погладил пальцем осколок ребра, выпирающий из проломленной груди — Мне вырвали сердце.
— Сочувствую. — прошептал Юки, пытаясь справится с тошнотой и гневом.
— Не стоит. — махнул рукой тот — Так зачем явился, божок?
— Что? — вконец растерялся Никита.
— Зачем, спрашиваю, приперся? — терпеливо повторил ангел.
— Я… Мне нужны ответы. Скажи, как снять печать подчинения с ангела?
Ангел недоуменно моргнул, посмотрел на Юки как на безумца и заливисто рассмеялся.
— Перестань! — рассердился медиум — Что тут смешного? Скажи, как снять печать?
— Да никак! — не переставая смеяться, ответил ему мертвый — Ангелов нельзя подчинить.
— Как? — Юки показалось, что ему стукнули по голове и теперь в ней что-то отчаянно звенит.
— Какое у тебя смешное выражение лица! — продолжал потешаться собеседник — Я даже рад, что ты пришел, мне было тут скучно.
Вконец потерянный медиум, сел на каменный пол посреди полуразрушенной улицы, сгреб колени руками и уставился остекленевшими глазами в пустоту. Ну как такое возможно? Он же сам видел своими глазами, как чокнутая ведьма водила Ниаса на цепи, видел шрамы на его спине, царапины от женских ногтей на плечах и лице. Какой извращенец будет терпеть все это добровольно?
— Парень, почему ты загрустил? — ангел опустился рядом с ним, по-турецки скрестив ноги — Эй! Рассказывай, давай, к чему тебе это надо было знать?
Никита отчаянно замотал головой, будто отгоняя видение. Было странно вот так просто болтать с призраком, который ведет себя как живой, да еще и говорит вот так запросто. Юки привык, что мертвые, которые еще не обезумели, говорят образами, они показывают свои воспоминания, передают свои чувства и тревоги, но не разговаривают.
— Я Юки. — зачем-то представился он. И принялся рассказывать про Ниаса.
Ангел слушал внимательно, не перебивал, иногда задавал наводящие вопросы. Когда рассказ был закончен, мертвый очень по живому задумчиво подергал за кончик свою косу:
— Ниас…
— Ты его знаешь?
— Мы все друг друга знаем, а я Ниаса знаю лучше всех. — ответил ему ангел — В общем, Ниас не подчинен, он притворяется. Зачем ему это надо — не знаю. Заклинательница спятила не из-за него. Она уже была такой, а он вытащил внутреннее наружу. Больше и не могу ничего сказать, я в голове Ниаса не живу.
— Спасибо…
— Роир. — представился ангел.
— Спасибо, Роир. — послушно повторил Юки, вскакивая на ноги — Мне пора бежать, там товарищу плохо.
— Атоварищ у нас кто? — прищурился Роир, задрав голову вверх, так как продолжал сидеть на земле.
— Демон.
— Прощайся с товарищем. Не выживет.
— Что?!
— Да что ты как глухой! Демоны тут не выживают, даже если они Ходящие за Грань.
Юки его уже не слушал, он со всех ног бежал туда, где оставил Даниэса. Несколько раз споткнулся, один раз растянулся во весь рост, больно ударившись коленом о камни дороги. Даниэс был там же, где он его оставил, только вот уже кашлял, сжавшись в комок.
— Дани, уходим. Давай, поднимайся. — Юки подхватил его ослабшую руку, потянул на себя — Я все узнал, уходим, Дани.
Демон вяло поднял голову, и Юки увидел, как из уголков красных глаз тонкими ручейками, словно слезы, стекает кровь. Кровь из носа, ушей, а теперь еще и глаз. Юки затрясло мелкой противной дрожью. Не помня себя, он полоснул ножом, данным ему Корином, по запястью, открывая портал, схватил Даниэса в охапку, даже не задумываясь, откуда в нем столько сил, и поволок его в портал, на этот раз алый.
— Эй, Юки! — окликнул его Роир — Приходи еще.
Юки не обернулся, он с демоном на руках растворился в алом свете, но ангел видел, что он кивнул.
Долго, очень долго. Колдун нервничал, ожидая возвращения медиумов, его даже озноб начал бить, не от холода, пусть и сидел он на каменном полу в своем замке, а от переживаний. Как они долго! Проклятое воображение рисовало картинки одни краше других, и все как из ночных кошмаров, он уже не замечал, что зарылся пальцами в волосы, что искусал себе все губы. Они никак не возвращались.
Так и застали его внезапные враги, сидящим на полу, расплескавшего веером светлые волосы по каменным плитам, с перекошенным тревогой лицом и одного.
Тем временем в зале открылся портал, из которого вышли около сотни демонов, вооруженных до зубов и Бертана, ведущая в поводке Ниаса. Корин, поднимаясь на ноги, успел отметить, что колдунья окончательно чокнулась, бесповоротно. Берта явилась завернутой в прозрачную ткань, совершенно не скрывавшую ее неестественную худобу, перевела безумный взгляд запавших глаз на заклинателя и шагнула к нему, протянув тощие руки со скрюченными пальцами:
— Любимый…
Корина передернуло от жалости, с примесью отвращения. Казалось, синеватая кожа заклинательницы не существовала вовсе, были только одни кости, каждый угол которых видел Корин.
— Здравствуй, Берта. — поздоровался колдун — Пришла выполнить сделку?
— Да. — она улыбнулась страшной, безумной улыбкой — Умри, белобрысая тварь!!!