– Кто вернется? – я дождалась, пока жители покинут дом.
– Дочь моя, – Петровна сунула мне фотографию.
К горлу подступил комок.
Волнистые волосы, тонкий нос, красивые губы. Со снимка на меня смотрела девушка из сна.
Мертвая девушка.
– Уверенна, она найдется, – пробормотала я и отдав фотографию поспешила на улицу.
Все вопросы тут же вылетели из головы, оставив там единственную мысль – нужно найти Оксанку и скорее сматываться из этой чертовой деревеньки.
С чего же начать поиски?
Возвращаться к особняку категорически не хотелось – подсознательно я боялась увидеть там остывающий труп дочери Петровны.
Но не успела я толком пораскинуть мозгами, как увидела одного из гостей вчерашнего бала. Высокий, в изящном брючном костюме, с бледным, красивым лицом и платиновыми волосами.
– Подождите! – я ринулась к нему.
Но, несмотря на то, что я бежала, а блондин шел размеренным шагом, догнать его оказалось невозможным. Делая вид, что ничего не слышит, он вошел в дом, закрыв за собой дверь.
Запыхавшись, я остановилась на пороге, раздумывая, что предпринять дальше. Не ломиться же мне к нему в дом?
Я так и стояла там, когда увидела его.
Еще один блондин, на этот раз с коротким ежиком волос. Несмотря на жару, смутно знакомый незнакомец был в шарфе и куртке с длинными рукавами.
Вот он достал из кармана телефон и поднес его к уху. Оголилось запястье, плотно забинтованное.
– Реджинальд, – невольно прошептала я.
Несмотря на то, что мужчина находился довольно далеко, он обернулся, будто услышав.
А дальше все произошло так быстро, что я удивилась, как успела это запомнить.
– Догадалась, – хриплый шепот, от которого по телу пробежали мурашки.
Ежик волос и лицо, сплошь покрытое рытвинами и буграми, оказались вдруг так близко, что я чувствовала его горячее дыхание.
– Она приглашенная, – ледяной тон блондина, на чьем пороге происходила вся эта сцена, прервался рычанием.
Меня оттолкнули, да так сильно, что, упав я разодрала коленку.
Невнятный скулеж и Реджинальд уже в пятидесяти шагах от меня и продолжает удаляться. Ледяной блондин скалит клыки и идет прямо на меня, неотрывно глядя на тонкую струйку крови, стекающую по моей ноге.
Но воля берет верх над инстинктом и вот блондин уже скрылся в доме, а улица вокруг снова пуста, будто ничего и не было.
Я лежала на земле, не веря в произошедшее.
– Эй, подруга! Ты чего это тут расселась? С тобой все в порядке? – веселый голос вернул меня в реальность.
– Оксанка! Господи, где ты была? – я вскочила на ноги, с подозрением покосившись на окна блондина.
Но они были плотно закрыты шторами.
Может, я схожу с ума? И все это лишь плод моего больного воображения? Или, покусанная зверем, я лежу в больнице, а это мне снится?
– Забыла телефон и вернулась туда, – голос подруги был беспечен. – Нас выгнали в самый разгар веселья. А этот блондинчик не такой холодный, каким кажется.
Что-то здесь было явно не так.
Оксана не из тех девушек, что пробуют первого встречного. К тому же, что-то в облике подруги изменилось. Вот только что именно, я понять не могла.
– Поехали домой, – она потянула меня за руку, – второй бал отменяется. Давай заберем вещи и вернемся.
Волосы!
Ее волосы стали почти платиновыми, гораздо светлее, чем были.
– Оксан, – мой голос задрожал от страха.
– Приглашенные должны возвращаться, – она обернулась, сверкнув глазами, что из голубых превратились в ярко-желтые. – Но Реджинальд этого не понимает.
Она тяжело вздохнула. Рядом, словно из-под земли, появился ледяной блондин. Он взял меня под руку и повел в дом.
– Прости, подруга, – Оксана стала грустной, – но Реджи меня цапнул. Мессир не успел это предотвратить.
– Мессир? – меня усадили на широкий, антикварного вида, диван.
Блондин крепко держал мою руку своими холодными пальцами.
– Мессир. – Оксана кивнула. – Бал у князя Тьмы. В следующее полнолуние будем на нем гостями.