— Ты так говоришь, словно это обычное дело.
— Я так сотни раз тачки на трассе дёргал. Какая разница? Машина, летающая тарелка… Нужно помогать в сложной ситуации. Косс однажды уже помог мне с покупкой звездолёта, пришла моя очередь платить по счетам. Не бери в голову.
Бот взлетел. Он захватил гравилучом вулканский шаттл и начал набирать высоту. Уступова прикипела взглядом к экранам, с замиранием сердца смотря на то, как быстро удаляется поверхность планеты.
— Эм… — подергала она пилота за рукав. — Вань, кажется, я видела истребитель.
— Окей.
— Окей?! Тебе больше нечего сказать? Нас заметили военные!
— Я знаю.
— И ты так спокойно на это реагируешь?!
— Как будто впервые… Военные уже давно не стреляют по НЛО. У них приказ докладывать о таких случаях руководству. Там все данные секретят. Ну, заметил, и йогурт с ним!
Вскоре от Косса поступил вызов. Иван принял телепатический звонок.
— Ив, спасибо, достаточно. Отсюда я сам полечу.
— Пожалуйста, Косс. Удачи. Звони, если что.
Он отключил гравилуч. Шаттл активировал системные двигатели и резко рванул с места в глубину космоса. Пилот направил бот обратно в Челябинск.
— Это всё? — вопросительно взглянула на него Уступова, словно речь шла не о полёте в космос, а о скоротечном любовном акте.
— Всё. С толкача завели… В первый раз дергаешь на «тросу» НЛО?
— Ага! — с ошалелым видом кивнула она.
— Это как секс — первый раз всегда волнительный, а потом входишь во вкус и привыкаешь к хорошему. Поэтому мне больше нравится бетазоидская техника — хоть вооружения нет, зато у них все системы, как минимум, дублируются. А эти вулканские корыта застряли в прошлом тысячелетии. Единственный плюс — у них медкапсулы есть…
Через некоторое время бот приземлился в том же пустынном переулке, откуда взлетел. Пассажиры покинули его нутро. Сауле проводила взглядом исчезающий космический аппарат. Случившееся казалось нереальным, словно всё привиделось. Она даже ущипнула себя, чтобы понять, что не спит. От боли она дернулась, зашипела подобно кошке и потёрла левое предплечье.
— Отвал башки! — выдала она.
— Такое свидание не забудешь, — философским тоном заметил Иванов.
— Это точно! И давно это у тебя?
— Что именно?
— Ну, эти… — совершила она правой рукой круговое движение. — Пришельцы, полёты в космос…
— Несколько лет уже. Я привык. Сауле, надеюсь, что тебе хватит ума никому не распространяется о случившемся?
— Что я, дура? — с возмущением уставилась на спутника Уступова. — Мне никто не поверит, ещё и в дурку упекут.
— Тебе требуется срочная терапия коньяком или хотя бы вином. Ко мне или в ресторан?
Девушка прислушалась к себе, после чего решительно выдала:
— К тебе! Мне сейчас действительно не помешает коньяк. После такого хочется напиться. Не каждый день узнаешь, что твой одноклассник якшается с инопланетянами, а пришельцы летают у нас табунами.
— Я когда впервые о пришельцах узнал, тоже был удивлён. Сначала опасался их, а потом понял, что среди них встречаются адекватные товарищи. Кроме ромуланцев.
— А что с ними не так?
— Козлы!
— Козлы? — приподняла брови Сауле. — В смысле, они с рогами и копытами как черти?
— Нет, они такие же ушастые, как вулканцы. Но, чтоб кроколап их полюбил, они ещё те агрессивные ушлепки, чтоб у них всегда был вторник!
— А вулканцы хорошие?
— Тоже твари.
— Но, Ваня, разве это не те пришельцы, которым ты помогал?
— Те самые. Я не отрицаю, что среди них есть нормальные разумные, но в правительстве у них бараны! Ладно, не будем о межвидовой ксенобиологии, коньяк сам себя не выпьет.
Глава 30
Проснувшись в одной постели с Сауле, Иван мысленно протянул:
«Опять?! Да, Ванечка, ты снова вернулся к тому, с чего начал…»
Не то, чтобы он сетовал, но он помнил две разных Сауле. Одна — любящая жена и прекрасная мать. Вторая — типичная язвительная стерва, хорошая актриса и охотница за состоятельными мужчинами.
По прошествии многих лет он продолжал любить свою первую жену. Что там говорить, если он при создании клонов вкладывал в их внешность её черты лица, а поначалу и вовсе давал им такие же имена.
Он пытался понять, что способно так сильно повлиять на человека, что он способен измениться до неузнаваемости? В первый раз он стал встречаться с Уступовой, когда ей было двадцать пять лет. Второй раз попытался на несколько лет позже, но встретил совершенно иного человека. И вот сейчас третья попытка. Она моложе всех своих предшественниц. Сейчас ей двадцать три года. Он готов поклясться, что это совсем другой человек. Пока ещё идеалистка с тараканами в голове, которые свойственны молодёжи, лёгкая на подъем и склонная к авантюрам.