Это была тонкая, едва уловимая вибрация, похожая на пульс. Она звала, шептала прямо в кончики пальцев. Я почувствовала, как внутри всё встрепенулось. Этот артефакт не должен был здесь находиться. Он смотрелся на этой пыльной полке так же дико, как бриллиант в мусорном ведре.
Я бросила быстрый взгляд на старика. Он дремал.
Я знала, что у меня нет денег этого времени, а объяснять Жану, где я была, — себе дороже. Рука сама собой скользнула к броши.
Но я не успела сомкнуть пальцы, как вдруг за спиной мужчины раздались шаги, и в комнату вошла женщина.
— О господи, — всплеснула она руками, даже не глядя на меня. — Опять уснул на ровном месте…
Она раздражённо махнула тряпкой и хлопнула его по плечу.
— Да что ты за человек такой, а?
Она уже собиралась сказать что-то ещё, но вдруг осеклась и перевела взгляд на меня. Несколько секунд просто разглядывала, прищурившись, будто прикидывала, откуда я тут взялась.
— А… — протянула она с улыбкой. — Приглянулось что-то, милочка?
Женщина кивнула в сторону моей руки и фыркнула. — Оо, это перо — не самый лучший вариант. Красивое, конечно, но толку от него мало.
Она подхватила с комода какую-то коробку и, прижав её к груди, тут же заговорила, словно продолжая давно начатый рассказ, вовсе не заботясь о том, слушают ли её.
— Наш новый альфа — золото, честное слово. Представляешь, везде успевает: и там порядок навёл, и тут разобрался…
Она хмыкнула, довольная собой.
— Убийцу поймал, представляешь? А другие годами не могли.
Она покачала головой, явно наслаждаясь эффектом. — Говорят, даже сопротивляться не стал. Посмотрел на него — и всё. Как будто понял, что конец. Женщина понизила голос, почти с уважением: — Такой взгляд… не кричит, не угрожает. Просто смотришь — и знаешь: если решил, то уже не отступит.
Я указала взглядом на перо, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— Простите, а это перо… для чего оно? И цена у него какая?
— А, это? — она усмехнулась. — Для охотников. Схватят — и радуются, будто клад нашли. А по факту — пустышка. Немного чар, и всё.
— А… а смысл тогда такое продавать? — спросила я, чуть нахмурившись.
Я слегка нахмурилась, готовясь к ответу, но женщина вдруг замерла, глаза загорелись. Я обернулась и заметила маленький старый телевизор в углу комнаты. Экран выплюнул новость прямо мне в лицо: моего брата вели под конвоем. В ту секунду, когда я увидела его, жизнь словно встала на паузу. Сердце замерло, и я забыла, как дышать. Алли..
— Вот он, — прошептала женщина с каким‑то странным удовлетворением, не отрывая взгляда от экрана. — Преступник.. чёрт возьми, пусть сгорит в аду! Убийца!
Горло перехватило. Я пулей выскочила из магазина, едва не сбив кого-то на пороге. Моё сердце билось в бешеном ритме. Нужно было немедленно добраться до дома — только там, в безопасности, я могла решить, что делать дальше.
Он всё ещё жив… значит, не всё потеряно.
Я влетела в дом и с размаху захлопнула дверь, будто это могло отгородить меня от увиденного на экране. Сердце стучало, я метала круги по комнате, пытаясь понять, что делать дальше.
Паника затапливала разум ледяной волной.
И вдруг в дверном проеме возник Жан.
Я застыла у барной стойки, вцепившись в нее до белизны в костяшках. Глаза расширились от шока. Он не сказал ни слова — просто спокойно подошел и, едва заметным движением, бросил на полированную поверхность зеркало. Оно скользнуло ко мне, поблескивая в свете ламп.
Я моргнула, глядя на него в полном оцепенении. Это же... мой артефакт. Тот самый, который Альфа отобрал у меня.
— Пришлось знатно попотеть, — ровным голосом произнес Жан, глядя на меня в упор. — Чтобы ты могла позволить себе выходить из дома… незамеченной.
Я чуть слышно выдохнула:
— И какой ценой?
— Какая разница? — отрезал он, и в его голосе проскользнула едва уловимая тень обиды. — На твоем месте я бы начал с элементарного «спасибо». Я уже со счета сбился, сколько раз подставлял свою шею, рискуя всем ради тебя.
— Да ты сам во всём виноват! — вырвалось у меня. — Ты впихнул меня сюда вместе с Алли! Я бы уже давно защитила диплом, жила своей жизнью… а ты всё это сломал.
— Ладно, считаю это твоим «спасибо», — произнёс он, не отводя взгляда, словно уже заранее предугадывал мою реакцию.
Я улыбнулась ему, но улыбка была холодной, неискренней. Да, глупо отрицать очевидное. Если бы не он… я бы до сих пор топталась на месте, без плана, без надежды. Всего одно мгновение — и я была готова смягчиться. А потом он заговорил.