Я медленно повернула голову и замерла.
Кай сидел в глубоком кожаном кресле прямо напротив кровати. Он уже был полностью одет: безупречная черная рубашка, жилет, идеально уложенные волосы. В руках он держал планшет, но, едва я пошевелилась, он поднял на меня взгляд своих темных, непроницаемых глаз.
Он не улыбался. Он просто смотрел на меня, как на вещь, которая наконец-то вернулась в рабочее состояние.
— Ты проспала почти сутки, — его голос был ровным, лишенным каких-либо эмоций. — Врач сказал, что твоя жизнь вне опасности. Это хорошо. У меня на тебя большие планы.
Он поднялся и подошел к кровати. Его тень накрыла меня, заставляя инстинктивно вжаться в подушки. Кай протянул руку и кончиками пальцев коснулся моей щеки, там, где еще оставался бледный след от удара.
— Теперь ты выглядишь лучше. Синяки сойдут через неделю, — констатировал он. — А пока ты будешь находиться здесь. Из этой комнаты только один выход — через мою спальню.
Он наклонился ниже, и я почувствовала знакомый запах его одеколона, от которого сердце пропустило удар.
Кай замер в миллиметре от моего лица, и я кожей чувствовала исходящий от него холодный гнев, спрятанный за безупречными манерами. Тишина в комнате стала невыносимо тяжелой. Я не хотела смотреть ему в глаза, не хотела видеть в них свое отражение — изломанное и побежденное.
Чтобы хоть как-то прервать это удушающее давление, я отвела взгляд в сторону окна и тихо, едва шевеля губами, спросила:
— А где... где Тео?
Я намеренно назвала ищейку по имени, хотя до этого он был для меня лишь «402-м». Мне просто нужно было переключить внимание, заговорить о ком угодно, лишь бы не оставаться в этом интимном, пугающем пространстве наедине с Каем.
Рука Кая, которая только что касалась моей щеки, мгновенно застыла. Я почувствовала, как его пальцы едва заметно напряглись, а дыхание на мгновение сбилось. Воздух в комнате будто наэлектризовался.
Он лениво засунул руки в карманы и ухмыльнулся.
— Тео? — переспросил он, растягивая имя, будто пробуя его на вкус. В голосе прорезались ледяные, режущие нотки. Он произнёс его так, словно выплюнул горький яд. — Надо же… не прошло и суток, а ты уже переживаешь за моего помощника?
Воздух вокруг него начал вибрировать, становясь густым и тяжелым, как перед самой страшной грозой. Я почувствовала, как по стенам прошла мелкая дрожь, а в шкафу жалобно звякнула посуда. Это не было землетрясением в привычном смысле, это была магическая сейсмическая волна, исходящая прямо от его тела.
— Он... он просто помог мне дойти, — попыталась я оправдаться, чувствуя, как сердце колотится о ребра. — Я просто хотела... — я запнулась, осознавая, что любая ложь перед этим существом сейчас обернется против меня.
Вибрация воздуха прекратилась так резко, что в ушах заложило. Кай продолжал изучать моё лицо, и я видела, как в его глазах медленно гаснет золотой огонь, сменяясь ледяным удовлетворением.
Прошло всего несколько секунд, и дверь бесшумно отворилась.
На пороге стоял Тео. Он выглядел так, будто сорвался с места в ту же секунду, как почувствовал зов: дыхание было чуть сбитым, а взгляд — предельно сосредоточенным. Он не произнес ни слова, лишь коротко склонил голову, ожидая распоряжений своего лидера.
— Спрашивай, — повторил Кай, и в его голосе прозвучало хищное нетерпение
Я вздрогнула. Кай знал, о чем я хочу спросить, еще до того, как я открыла рот. Он намеренно заставил Тео прийти, чтобы тот подтвердил мои худшие опасения или разрушил их — и всё это на глазах у него, как в извращенной игре.
— Где мой брат? — мой голос сорвался, я во все глаза смотрела на Тео, надеясь на чудо.
Тео на мгновение замер. Он бросил короткий взгляд на Кая, который сидел за моей спиной, лениво перебирая пальцами прядь моих волос. На губах ищейки появилась его привычная, слегка наглая ухмылка, скрывающая любые настоящие чувства.
— Твой брат? — Тео пожал плечами, как будто речь шла о чем-то совершенно незначительном. — Всё в порядке, куколка. Его освободили сегодня утром. Приказ босса был исполнен: в списках заключенных его больше нет.
Я почувствовала, как тяжелый камень, давивший на грудь последние дни, наконец начал сползать. Жив. Свободен.