Алан вскрикнул от неожиданности. Воздух вокруг него начал закручиваться в тяжелую, гудящую воронку.
— Убирайся отсюда! — выкрикнула я, глядя прямо в его расширившиеся от ужаса глаза.
— Айри, нет! Хватайся! — он попытался рвануться ко мне, но я с силой толкнула его в грудь, в самую гущу зарождающегося портала.
Его пальцы соскользнули с моих. Лазурное пламя взревело, поглощая его фигуру. В последнюю секунду я увидела его лицо — маску абсолютного отчаяния и боли.
— Беги! — сорвалась я на крик, перегибаясь через перила, пока портал за его спиной стремительно схлопывался, засасывая брата в другую реальность. — Если ты вернешься, я сама убью себя на твоих глазах! Живи за нас двоих!
Пространство схлопнулось с оглушительным хлопком, выбившим стекла в комнате. Сияние погасло, оставив после себя лишь запах озона и звенящую тишину. Алан исчез. Он был в безопасности — там, в настоящем, где еще не было этой боли.
Я медленно опустилась на ледяной мрамор балкона, прижимаясь лбом к кованым прутьям. Мои руки, которыми я только что коснулась артефакта, еще искрили и мелко дрожали. Я только что подарила ему жизнь, окончательно захлопнув за собой дверь собственной клетки.
— Какое великолепное выступление, — раздался за спиной знакомый голос.
Я не обернулась. Я знала, что Кай уже здесь. Его присутствие ощущалось как арктический холод, пробирающий до костей даже сквозь плотную ткань платья. Он подошел к перилам и встал рядом, глядя в ту сторону, где только что в тенях исчез мой брат.
Несколько минут мы стояли в абсолютной тишине, нарушаемой лишь свистом ветра. Кай не злился. Напротив, от него исходила пугающая, почти блаженная волна удовлетворения.
Он медленно повернул мою голову к себе. Его лицо было чистым, спокойным, а в глазах вместо привычного хаоса светилось нечто похожее на нежность — искаженную, маниакальную, но пугающе глубокую.
— Ты столкнула его, чтобы он выжил. Ты пожертвовала своей последней связью с миром ради меня. Или ради него? — он едва заметно улыбнулся, и на этот раз в улыбке не было оскала. — Впрочем, это не важно. Важно то, что ты осталась. Ты наконец-то послушала свое сердце, а не свои иллюзии.
Он взял мою ледяную ладонь в свою и прижал к своим губам, запечатлев долгий, благоговейный поцелуй.
— Идем ужинать, птичка. Сегодня в столовой не будет лишних глаз. Ни камер, ни Тео, ни тишины. Только мы.
Он повел меня из комнаты, и на этот раз его хватка была не грубой, а почти бережной, как будто я была сделана из самого хрупкого фарфора в мире. Когда мы вошли в столовую, я замерла на пороге. Весь зал был уставлен моими любимыми цветами — не теми жуткими алыми растениями из оранжереи, а белыми лилиями, чей аромат наполнял пространство чистотой. На столе стоял подарок в небольшой бархатной коробочке.
Кай подвел меня к креслу и сам открыл крышку. Внутри лежал изящный золотой браслет в виде переплетенных ветвей, без единого замка — он просто смыкался на запястье.
— Это не клетка, Лия, — прошептал он, застегивая его на моей руке. — Это символ того, что сегодня ты впервые за долгое время была честна со мной. Это настоящий подарок. За твою покорность. За то, что ты не сбежала, когда дверь была открыта.
Он сел напротив и впервые за всё время не стал сверлить меня взглядом. Он просто смотрел на меня так, словно я была величайшим сокровищем, которое он наконец-то не просто украл, а заслужил.
— Кушай, милая. Сегодня нам не нужно никого наказывать. Сегодня мы просто будем учиться жить в нашей новой, идеальной реальности.
Я медленно опустила взгляд на золотой браслет. Кай сидел напротив, и свет свечей превращал его лицо в маску спокойного, любящего мужчины. Именно это было самым страшным.
В голове, словно старая запись, всплывали лекции из университета. Спецкурс по работе в зонах конфликта. Нас учили, как выживать в заложниках, как вести себя при захвате, как не дать сломать свой внутренний стержень, когда на тебя давят профессионалы.
«Ваша задача — стать для агрессора константой, фоном, частью его комфорта, пока вы ищете брешь», — всплыл в памяти сухой голос преподавателя.
Я горько усмехнулась про себя. Жизнь меня к этому готовила. Все эти тесты на стрессоустойчивость, разборы тактик манипуляций, изучение стадий аффекта... Я думала, это пригодится мне для работы с пострадавшими. Я знала теорию выживания, знала, как мозг цепляется за ложную надежду.