— Но я исправлюсь. Обещаю. Только не пугайся, — он указал на парня за спиной. — Это Карим. Он здесь, чтобы помочь. Я ему всё рассказал.
Я открыла рот, и в голове зашумело от догадки:
— П-погоди… Карим? Тот самый?.. Наш отец?..
Алан мгновенно среагировал. Он прижал ладонь к моему рту, прерывая вопрос на взлете. Его взгляд был строгим, но в нем плясали смешинки.
— В пределах разумного, сестренка, — сказал он, убирая руку. — Не всё сразу.
Я замерла, глядя на Карима. Он совсем не был похож на того, кого я знаю с пеленок.
— Рад, что всё обошлось, — подал голос Карим. Его тон был сухим и деловым. — Но вы влипли по-крупному. Эти артефакты… они начали проявляться недавно, и это плохой знак. Найти их — полбеды. Но починить… я не уверен, что в этом мире остался кто-то, способный на такое. Вы оказались не в то время и очень сильно не в том месте.
Алан подошел к кровати и внезапно ласково провел ладонью по моей голове, взъерошив волосы. И тут он улыбнулся так, как никогда раньше — широко, шало, как ребенок, который только что придумал самую грандиозную шалость в истории.
— Ну всё, сестрёнка… — выдал он, сияя от какого-то безумного восторга. — Кажется, нам пиздец!
Он отступил на шаг, продолжая светиться этой странной энергией.
— А теперь без приколов. Выкладывай всё. Где была? Что натворила? Кому успела перейти дорогу?
И я рассказала. Говорила долго, пока горло не пересохло окончательно. И только в конце до меня дошло самое главное. Нам придется снова встретиться с тем странным парнем.
7 глава
Кай уже сидел за столиком, вальяжно запрокинувшись в кресле, словно вся эта территория была его личной сценой. Плечи опущены, руки свободно лежат на подлокотниках, тело кажется слишком расслабленным, будто ему наплевать на всё вокруг. Изредка подносил ко рту сигарету, медленно затягиваясь, дым струился лениво.
Они что-то обсуждали, и я всё ещё не могла поверить: мой папа и он — одного возраста. Странно… он и какой-то псих рядом с ним, кхм. Хотя он мне ничего не сделал если не учитывать его угроз и эксплуатацию. Да я была парнем, но.. не крепким, жестоко. Я наблюдала из тени, слушала их разговор, и вдруг услышала звон чашек.
Я обернулась и увидела девушку, которая несла кофе. Чашки дрожали, и одна чуть не вылетела из её рук. Хорошо, что это произошло на кухне — иначе было бы невероятно неловко.
— Эй, ты как? — выдохнула я, подходя ближе.
— Блин… нога… — пробормотала она, хмурясь. — Как мне теперь это донести?
— Да я сама, не волнуйся, — быстро сказала я и взяла чашки, чтобы не дать им упасть.
Не успела толком осознать, а уже ляпнула, но было поздно.
Прислуга побледнела, когда я сказала, что отнесу вместо неё. Сначала замотала головой, потом вдруг схватила меня за рукав.
— О боже… правда?.. Спасибо. Спасибо тебе, — зашептала она слишком быстро, будто боялась передумать. — Я… я честно скажу, я туда идти не хочу. Совсем.
Она нервно сглотнула, взгляд дёрнулся в сторону зала.
— Как же здорово, — продолжила тише. — В прошлый раз он схватил другую девушку за волосы… так, что она едва устояла. Я думала, сейчас ударит.
Она резко выдохнула, будто снова это увидела.
— Ты меня правда спасла…
«Что за…» — пробормотала я про себя, сердце забилось быстрее. Я оглянулась вокруг, пытаясь найти кого‑то ещё, кто мог бы помочь. Прислуга вроде как исчезла в доме, словно испарилась. Никого рядом. Только тишина и тревожный звук собственных шагов по плитке.
Она меня просто подставила. После её быстрых, благодарных рукопожатий она просто… просто убежала, растворилась в коридоре. Словно ее и не было вовсе.
Пиздец..
Я держала поднос, шаги быстрые, почти летящие, улыбка нервная, брови дергаются от напряжения. Сердце колотилось, а мысли бились сами с собой: Ненавижу мужчин, которые поднимают руку на женщину…
Сердце колотилось. Подойдя к столику, я слегка опустила голову, почти до уровня груди, не глядя ни на кого в лицо — только в пол, словно вежливо кланяясь. Кофе поставила немного грубо, без церемоний.
Резко выпрямилась, как по стойке смирно, и почти чётко, держа лёгкий нерв в голосе, сказала:
— Если ещё что-нибудь нужно будет, господа, обращайтесь.
8 глава
Я медленно отступала, каждый шаг отдавался тяжестью в груди. Старалась дышать ровно, держать лицо спокойно, глаза чуть опущены, руки сжаты в лёгкий кулак. Всё, только спокойно… только уйти.