— Вы знаете кого-нибудь из этих людей?
Старик вытер рукавом слезящиеся глаза, наклонился над снимками. С одного из них на него смотрел худощавый, скуластый человек с толстым и рыхлым, как кусок теста, кончиком носа.
Омирбек задержал на нем пристальный взгляд. Часто-часто замигал ресницами. Лицо на фотографии было очень знакомое. Ну, да, это тот воришка, над которым он сжалился одиннадцать лет назад.
— Да, да, это тот самый... — торопливо пробормотал Омирбек, пораженный и растерянный, — которого я отпустил.
Начальник ГПУ не прерывал его, спокойно курил, давая Омирбеку время подумать и прийти к твердому убеждению, что вор и человек на снимке — одна и та же личность.
Жиемурат, подойдя к старику, глянул из-за его плеча на снимок, удивленно поднял брови:
— Э, да это же вылитый ходжа! Он сейчас живет у нас в ауле. Ну, не вылитый, изменился, конечно, за это время. Но очень похож!
— Осторожней с выводами! — предупредил Ауезов. — Многие люди похожи друг на друга. На фотографии перед вами — один из бандитов Джунаид-хана.
Омирбек, не отрываясь от снимка, все бормотал:
— Вай-вай, мне ведь и почудилось тогда, что наш ходжа походит на того воришку... Вот на этого, — он ткнул пальцем в снимок. — И верно, похож.
— Похож, похож, — подтвердил Жиемурат. — Только у ходжи борода, а этот с усами. А так — ну не отличишь!
Начальник ГПУ вызвал сотрудника и велел увести пока Омирбека.
Оставшись один на один с Жиемуратом, спросил:
— Тебе известно, откуда ходжа к вам прибыл?
— Нет, в ауле о нем почти ничего не знают. И меня это не интересовало, пришлых-то у нас — не счесть.
Стряхнув пепел с папиросы, Ауезов задумался. А потом начал подробно расспрашивать Жиемурата о ходже и Жалмене, об их поведении в последнее время.
Жиемурат постарался припомнить все, что знал и слышал о них.
Ауезов раздумчиво произнес:
— Да, старика зря арестовали, он ни в чем не виновен. Гм... Зря — но не случайно! Он мог вот-вот узнать в ходже того вора, которому когда-то даровал свободу. А вор-то, как уже было известно, крепкой ниточкой связан с Джунаид-ханом. Вот преступники, заметая следы, воспользовались помощью следователя и упрятали старика за решетку, от греха подальше. Таким образом, руки у них оказались развязанными.
— Надо сегодня же задержать их! — нетерпеливо воскликнул Жиемурат.
— А ты не полошись! — остановил его Ауезов. — Спешка-то до добра не доводит. Мы пока сделаем вид, что Омирбек все еще под арестом. А утром я доложу обо всем товарищу Багрову, поеду с тобой в ваш аул, выясню кое-что на месте. Надо во всем хорошенько разобраться, чтобы, не дай бог, опять не арестовать невиновного.
— Но и медлить не следует!..
Начальник ГПУ пригласил Жиемурата переночевать у него дома.
После ужина они долго еще беседовали. Когда, уже за полночь, собрались ложиться спать, в дверь постучали. В комнату ворвался запыхавшийся, взволнованный джигит:
— В ауле Курама подожгли контору!
У Жиемурата упало сердце, на него словно вылили ведро ледяной воды. Ноги сделались ватными, он с трудом поднялся с места, сказал с горьким упреком:
— Вот плоды медлительности! Если бы вы не затянули так расследование убийства Айтжана, удалось бы предотвратить многие беды! И этот пожар тоже...
Он заторопился:
— Скорее в аул! Скорее!
И уже спустя несколько минут Жиемурат, Ауезов и еще два сотрудника ГПУ скакали по дороге в аул Курама. На всякий случай они прихватили с собой служебную собаку Джолбарса.
Когда они достигли аула, уже взошло солнце. Оно распустилось в небе огромным желтым цветком. Утренний ветер смел к горизонту серые тучи, в воздухе свободно плескался чистый солнечный свет.
На южной окраине аула Курама гордо высился старый карагач. В летние и осенние дни он тихо покачивал на ветру пышной макушкой, похожей на меховую шапку. Сейчас же на его ветвях только-только начали лопаться клейкие почки.
Под этим деревом был похоронен Айтжан. Сюда же, по предложению Жиемурата, перенесли и тело убитого ходжи. Рядом с одной могилой выросла другая, свежая.
Многие были недовольны тем, что ходжу захоронили рядом с Айтжаном-большевиком.
Но Жиемурат твердо и строго сказал:
— Оба они погибли от рук наших врагов. Пусть вместе покоятся вечным сном. И потом... сейчас я вам прочту... — Он начал шарить по карманам, люди молча стояли у могил, выжидающе глядя на него.
В это время появился Серкебай. Приблизившись к свежей могиле, он упал на нее грудью и, рыдая, хрипло выкрикнул: