Прямо перед собой высились упорядоченные памятники южного Марсова поля. Взгляд Баллисты проследовал по изгибу стадиона Домициана к термам Нерона.
За ними, справа, возвышался Капитолий, увенчанный храмом Юпитера, чья позолоченная крыша всё ещё сверкала в лучах заходящего солнца. За Капитолием, также отражая свет, виднелись крыши Палатина, под которым император, возможно, проведёт свою последнюю ночь на земле, если только Баллиста не предупредит его.
Баллиста вновь вернулся мыслями к текущему вопросу.
Река, так далеко внизу, уже была в тени.
Воды Тибра были рыжевато-коричневыми. Весеннее таяние снега на Апеннинах и недавние дожди подняли уровень воды. Справа от него буксировали последнюю на сегодня баржу с зерном на склады. Из-за разлива реки это был бы долгий и трудный путь вверх по течению; четыре дня пути от порта, а не обычные два-три. Чуть левее него Понс Элиус тонкой белой линией пересекал ручей. За мостом последние два плота переправлялись на дальний берег. Ближний был нагружен мрамором. На дальнем пасся скот, выращенный на заливных лугах выше по течению.
На таком расстоянии коровы казались маленькими, словно детские игрушки, вылепленные из комков глины и вымазанные коричневой краской.
Сзади раздался приглушённый стук. Они могли выломать дверь только сапогами, кулаками и рукоятями мечей. Ещё оставалось немного времени.
Баллиста размотал рваный плащ с левой руки, уронив его на влажную землю. Он снял сапоги, расстегнул пояс с мечом и поднял перевязь над головой. Он не хотел, чтобы меч попал им в руки.
«Боевое Солнце» было не просто мечом. Выкованный на заре времён, он передавался из поколения в поколение героями Севера, пока Хеоден, король Харии, не передал его своему приёмному сыну Баллисте. Баллиста на мгновение задумался о том, чтобы бросить его в реку, но затем отвернулся и стал искать, куда бы спрятать клинок.
Когда он просунул ножны под куст рододендронов, его внимание привлекли украшения на ремнях.
Вышитый бумажник; деньги никогда его особенно не волновали. Стенная корона, оригинальный знак отличия, врученный много лет назад тому, кто первым из римской армии пересёк стену африканского города. Украшенная драгоценностями хищная птица, которая путешествовала с ним так долго, прилетела с далёкого Севера, подарок матери. Не время для сентиментальностей. Если он выживет, он сможет отправить матери послание с просьбой прислать ещё одну.
Удары стали громче, ритмичнее и организованнее.
Баллиста вернулась к краю. До реки оставалось больше ста футов, возможно, целых сто пятьдесят. Опасно, но не обязательно смертельно. В юности он прыгал с такой же высоты. Но ему нужно было преодолеть основание Мавзолея и узкую насыпь.
Треск ломающегося дерева. Хриплый крик.
Баллиста отступил на двенадцать длинных шагов от края. Вдали виднелся купол Пантеона. Неожиданно он заметил, что он идеально совпадает с колонной Траяна, стоявшей ещё дальше.
Крики. Мужчины продираются сквозь кусты. Приближаются.
Не думай, просто действуй.
Баллиста заставил себя двинуться вперёд, переставляя ноги, набирая скорость. Небольшая ошибка. На одиннадцатом шаге ему пришлось подпрыгнуть и прыгнуть в пропасть.
OceanofPDF.com
ГЛАВА 1
Город мертвых
Апрельские календы
Часы тьмы
Падая, БАЛЛИСТА цеплялась за воздух, в панике цепляясь за какую-то воображаемую опору. Город, река и памятник – без всякой связи и смысла –
кружились перед его глазами.
Слепящая смерть, не дай мне умереть.
Тёмная река и белая набережная стремительно надвигались. Его конечности бессильно махали руками.
Стань хозяином положения или умри.
Баллиста перестал дергаться, скрестил руки на груди, левой рукой схватил правое запястье. С нечеловеческим усилием он откинулся назад, сблизил ноги, слегка согнув их в коленях. Управляя падением, он полетел ногами вперёд.
Всеотец...
Вода и камни поднимались так быстро. Достаточно ли далеко он выпрыгнул? Переплывёт ли он берег? Если нет,
. . .
Будь мужчиной...
Бледная кирпичная кладка была совсем близко. В любую секунду мог раздаться тошнотворный удар, хруст костей, и его тело разлетится вдребезги, словно раздавленное насекомое.