Но стоило коснуться Самины, как он ощущал исходящие от неё чувства. Её тепло. Её любовь. Она знала, что это он, и с нежностью на это реагировала. Теперь он мог касаться её дистанционно гораздо мягче и не боялся при этом убить.
Последний раз, когда Теон смотрел, отряд Самины благополучно добрался до Домена Разума. Арбетос смог прикрыть флаеры от ПВО и после успешной доставки людей устремился в сторону Домена Силы, чтобы помочь Сиобану и Ингрем нанести удар в самое сердце врага.
Самина первым делом вынесла главный вход, используя свою силу и разнеся его лозами, после чего внутрь направился ударный отряд, возглавляемый Лифэттой. Теон не ошибся в этой серебряноволосой девушке. Ей пока не хватало опыта, но к руководству у неё явно талант.
В целом операция шла гладко. Фурии, используя силу Света, успешно противостояли Призракам, да и большого скопления сил противника обнаружено не было. И это Теона слегка тревожило.
Владетель переключил свое внимание на кое-кого из их подчиненных Ингрем и Сиобана, потому что сама эта парочка была для Теона закрыта.
Там все шло гораздо хуже. На подходе к центральному зданию Домена Силы войска столкнулись с сильным сопротивлением и ещё до начала штурма получили первые потери. Небольшие, но это заметно снизило боевой дух солдат. Теон попытался приободрить их, используя свои силы, создать что-то вроде чувства сплочения, единства, но не уверен, что получилось. Подобные манипуляции требовали от него много концентрации и умений.
Но в операции участвует Сиобан, а с его силой ни один из призраков соперничать не может. Он стал главным козырем в атаке на сердце войска Таргарона, и Теон лишь надеялся, что Сиобану хватит ума отступить, если они внезапно столкнулся с его учителем. Ни Сиобан, ни Теон не могли с нынешними силами сражаться с Дланью Света.
Теон вернулся к Самине, наблюдая за тем, как она разрывает призраков, используя лозы. Кригер шел за следом, стараясь обездвижить врагов, чтобы солдаты Лифетты могли беспрепятственно их упокоить. Да, определенно, у отряда Самины дела шли на порядок лучше, и даже пока обошлось без потерь. Одну фурию ранили в бедро, но ничего серьезного.
Что самое любопытное, в успехе и таком легком продвижении люди благодарили именно его. Даже Самина по какой-то причине так считала, но всё, что сделал Теон, это позволил фуриям использовать Свет, и только.
— Мы почти пришли, я чувствую, — объявила Ламат’Хашу, вырывая Теона из наблюдений.
И действительно, не прошло и двух минут, как они вышли в колоссального размера пещеру, в самом центре которой находилось не менее огромное нечто, состоящее целиком и полностью из потемневших от времени костей. Между выходом и этой контрукцией было порядка метров двадцати, и если бы не сильная разница в материале, то можно было бы подумать, что они оказались в гигантской расщелине между двух скал.
— Невероятно! — охнул Зарим, впервые увидев это невероятное сооружение. — Оно и впрямь целиком и полностью состоит из костей. Сколько же людей погибло, чтобы послужить строительным материалом для этого?..
— Тысячи и тысячи тех, кто доверил мне свое сердце и свою веру, — мрачно ответила Ламат’Хашу. — Можно сказать, что таким образом Таргарон возвел мое надгробие. И знаете что самое дерьмовое в этом?
— Что? — спросил Теон.
— Я до сих пор чувствую их. Каждого из тех, кто стал частью этой омерзительной вещи. Могу назвать имя каждого из них.
Теон поежился от осознания этого. Он бы не хотел ощущать подобное.
— Но ничего. Очень скоро все они обретут долгожданный покой…
Глава 22. Храм Костей
— Как же я рад, что не жил в те времена, — чертыхнулся Зарим, разглядывая гигантское строение, целиком и полностью сделанное из человеческих костей. — Хотя эпоха Небесного Раскола была тем ещё времечком…
— К сожалению, я его пропустил, — нахмурился Теон, а Зарим прикусил язык.
Владетель принимал, что тот катаклизм — целиком и полностью его вина, пусть он вовсе и не желал такого. Но это тот груз вины, который ему придется нести до скончания своего существования.
Их путь пролегал по подвесному мосту не слишком надежного вида. Создавалось впечатление, что его проложили ещё несколько столетий назад и за это время практически не ремонтировали. Но скорее всего, это не единственный путь, скорее один из самых старых. А ещё это значило, что уже долгое время Храм Костей не перемещался, покоясь глубоко под городом.
— Эй, сможешь открыть портал на ту сторону? — спросила у Зарима Ламат’Хашу.