Венеция. Весна 1570 года
В мирное время лишь корабли Венецианской республики патрулировали восток Средиземноморья. И даже зимой, когда остальные страны, по обыкновению, разоружались, венецианцы продолжали морское бдение.
В других государствах с начала зимы и до самой весны из портов отправлялись лишь торговые суда. Но венецианские военные корабли плавали даже в суровые зимы, когда и купцы не покидали гавань. Во многих странах суда на время холодов либо поднимали на сушу, либо отправляли на ремонт. При этом гребцов, матросов и многочисленных солдат, как правило, отпускали, чтобы затем весной снова их нанять.
В этом плане Венеция, кроме как зимним морским патрулированием, более ничем не отличалась от остальных держав. В холодное время республике нужна была хотя бы одна действующая верфь, которая на случай войны могла бы в срочном порядке предоставить корабли. Этим обеспечивалась постоянная боевая готовность страны. А с началом весны и до осени, когда учащались торговые перевозки, число венецианских патрульных судов удваивалось.
В гаванях Венеции постоянно имелся резерв из десяти боевых галер, предназначенных для экстренных случаев в северной части Адриатического моря. На Корфу, у самого входа в Адриатику, как правило, стояли от шести до восьми галер, охранявших юго-запад Греции и южную часть Адриатического моря. Командир этой эскадры носил титул «капитана залива» — высшее звание в венецианском военно-морском флоте. Дело в том, что тогда Адриатическое море называли Венецианским заливом. Вход в «залив» проходил у острова Корфу, по сути, он являлся морскими воротами Венецианской республики.
Южнее Корфу, у острова Занте, море патрулировала крупная боевая галера. Затем, еще южнее, где кончалось Эгейское море, располагался Крит — основная венецианская база на востоке Средиземноморья. Крит находился под венецианским правлением, поэтому даже зимой остров патрулировало как минимум четыре галеры. Здесь же располагалась и эскадра, охранявшая морские пути в Северную Африку.
Далее к востоку, в наиболее удаленной части Средиземноморья, располагался Кипр, передовой венецианский форпост против Турции. Неудивительно, что и здесь республика разместила четыре боевые галеры. Как раз этой эскадрой Барбариго руководил пару месяцев назад.
Конечно же, такая расстановка боевых сил на море не являлась строго утвержденной. В случае военного положения эскадры перераспределялись в места наибольшей необходимости. При этом командующий корфианской эскадры отвечал за срочную переброску сил.
Но если начиналась настоящая война, то из Венеции к югу отправлялась основная эскадра во главе с главнокомандующим, которого назначало венецианское правительство. И тогда все командующие на базах подчинялись главнокомандующему — «главному морскому капитану», если буквально перевести это итальянское звание.
Зимой 1569/70 года эскадры у Корфу, Крита и Кипра патрулировали до самой весны, как обычно. На всех трех островах имелись верфи, оборудованные лучшими на то время техническими приспособлениями. И все же верфь в Венеции была на порядок современнее.
И если островные судоверфи, как и прежде, продолжали ремонтировать и торговые корабли, то на венецианской (в Национальном арсенале) в соответствии с тайным указанием вовсю усиленно велось военное судостроение. Торговыми же судами занимались частные верфи. Таким образом, теперь Барбариго мог наконец-то сосредоточиться на военных кораблях, чего нельзя было позволить на Кипре.
Военные суда, строившиеся на главной верфи Венеции ранней весной 1570 года, можно разделить на три класса.
Во-первых, здесь создавали боевые галеры — так называемые «тонкие галеры». Один такой корабль составлял сорок метров в длину, четыре — в ширину, возвышаясь на полтора метра над водой. На одной из мачт галеры диагонально устанавливали сорокаметровую нок-рею. Здесь имелось много парусов, которые поднимали или сворачивали в зависимости от ветра. А при попутном ветре поднимали большой треугольный парус.
На корме «тонкой галеры» имелись лишь одни сходни, притом — без закрепленной крыши. Эти сходни представляли собой каркасы, обтянутые парусной тканью. Подобное отсутствие излишеств объясняется тем, что боевые корабли, как, например, гоночные яхты, строились для четко определенной цели. Здесь не следовало отвлекаться на эстетические нюансы и вопросы комфорта.
На носу галер закреплялись острые стальные прутья, которые издали смотрелись словно птичьи клювы.
На корабле сто шестьдесят гребцов орудовали таким же количеством весел. На борту находились двадцать матросов, они поднимали и опускали паруса, бросали якорь и т. д. Каждое судно комплектовали шестьюдесятью солдатами.