Утром 23 сентября союзная флотилия уже видела на горизонте выступ Санта-Марии-ди-Леука, даже самые испуганные успокоились близостью суши. Поэтому, дабы земля всегда оставалась на виду, корабли намеревались оплывать Адриатику вокруг, следуя на восток — к Корфу. Благодаря прекрасной погоде очертания острова появились на горизонте уже утром 24 сентября. Теперь флот находился в греческой части Ионического моря.
Корфу окружало множество мелких островов. Весь флот стал вблизи острова Самотраки и ждал там, пока подтянутся отставшие корабли. Судно Веньеро направилось к Корфу — важнейшей морской базе Венецианской республики. Следовало предупредить венецианцев на Корфу, чтобы те встретили главнокомандующего дона Хуана как подобает, демонстрируя благодарность ему. Поэтому Веньеро вырвался вперед, дабы все и всех подготовить.
Море снова взыграло, и отчалившей от Самотраки флотилии было трудно соблюдать порядок построения. В этих окрестностях океан был сравнительно мелким, поэтому холодные северо-западные ветра легко нагоняли волну. Вплоть до 26 сентября флоту никак не задавалось войти в гавань Корфу.
Из крепости в гавани салютовали пушки. Из доков убрали торговые корабли, расчистив место для прибывшей армады.
Корфу обеспечивал защиту выхода в Адриатическое море, которое еще называли Венецианским заливом. Возвышавшаяся над гаванью крепость, построенная корфиотами, выглядела столь внушительно, что у тех, кто прежде не встречал более красивых укреплений, при виде ее захватывало дух. Земли на горизонте с Корфу казались темно-фиолетовыми, а территории, вдававшиеся глубоко в море, представали почти перед самым носом. Это были турецкие владения.
Следы атак Улудж-Али на Корфу были заметны и впечатляющи, но защищенная крепостью гавань не пострадала. Турецкие войска высадились на слабо укрепленных территориях острова и разграбили их, прежде чем им пришлось отступить.
По прибытии на Корфу командующие альянса получили самую точную информацию о турецкой флотилии. Так, им стало известно: крупная эскадра Али-паши все еще находилась в греческих водах. Она состояла из трехсот кораблей, включая малые лодки. Предполагалось, что корабли Улудж-Али уже примкнули к этой эскадре.
Советом было решено оставить главные силы на якоре при Лепанто — в нескольких днях плавания от Корфу. Враг явно был на подступах…
На Корфу Барбариго забрал письма от Флоры, которых скопилось здесь немало, ибо пересылать их в Мессину не было возможности. Он перечитывал их снова и снова, как только находилась свободная минута. У человека, находившегося далеко на войне, мир и спокойствие, передаваемые в прозаичных описаниях повседневной жизни матери и сына, вызывали чувство ностальгии.
Он ответил ей. Но теперь его письма не были подробными, как прежде. С тех пор как дон Хуан прибыл в Мессину, у Агостино не хватало ни энергии, ни времени писать ей. Сейчас, после месячного перерыва в переписке, ему сложно было восстановить прежнюю регулярность. Более того, зная, что враг уже стоит у Лепанто, что война вот-вот начнется, Барбариго не мог, как раньше, просто перечислять свои каждодневные занятия так, будто эта рутина будет продолжаться вечно.
Словом, он не знал, о чем следовало бы писать. В итоге в посланиях Агостино делился разными мыслями, которые беспрестанно роились в его голове.
Перечитав готовое письмо, Барбариго грустно усмехнулся: оно было написано теплым (в сравнении с его обычным стилем) тоном. Но в то же время послание получилось слишком банальным.
Он наказал им хорошенько согреваться, но больше говорить было не о чем. И все письмо состояло из общих фраз. Затем, вспомнив, что не сможет написать, пока снова не вернется на Корфу, Барбариго дополнил: «Не волнуйтесь, если я пропаду на какое-то время». Письмо завершалось наставлением: «Обязательно берегите себя».
Агостино вспомнил, что в тексте повторил это предложение как минимум три раза. Он громко рассмеялся, и слуга даже приоткрыл дверь, дабы убедиться, все ли в порядке.
Письмо скорее всего отправилось на той же лодке, которая доставила флотилии на Корфу послание от венецианского сената со следующим напутствием: «Народ Венецианской республики сердцем с вами. Сражайтесь с врагом, покуда хватит ваших сил!»
Греческие воды. Октябрь 1571 года