Например, дети. В восемнадцать, когда будущие супруги только встретились, Алиса уже была зачислена в медицинский колледж в соседнем городе, в то время как её муж Генри – вовсю развлекался по вечерам игрой в бильярд и погоней за юбками. Когда он спустя год спохватился и принялся готовиться к поступлению, девушка с соседней улицы, приехавшая на трёхнедельные каникулы к родителям, с радостью согласилась ему помогать. Вечерние занятия с молодым парнем закончились слезами во время прощания и слезами во время возвращения через месяц для того, чтобы сделать аборт. Алиса не видела жизни без скальпеля в руках и всеми силами уговаривала Генри дать ей немного денег, но парень решил иначе. В тот же вечер он явился к родителям девушки и признался, что пара согрешила и теперь хотят пожениться. От столь неожиданной новости Алиса упала в обоморок и её отец счёл это положительным ответом. Несмотря на все уговоры дочери, семья приняла сторону жениха: ребёнка обещали оставить у себя пока она не закончит обучение. С тяжестью на сердце, девушка согласилась и взяла отпуск по болезни в колледже. Свадьбу сыграли быстро: никому не хотелось подставить пару округлившимся животом, который очень быстро рос. В тот же месяц Генри поступил в тот же медицинский и уехал, наплевав на уговоры молодой жены.
Рожала Алиса тяжело: в больнице, куда Р-330, естественно, не взяли, ей умудрились вколоть что-то не то и девушка чуть не умерла от отёка горла. Молодой отец не явился на роды, но позвонил и почти приказал назвать малыша в честь себя. Дедушка с бабушкой пожали плечами и записали мальчика «Генри», так как мать, едва отошедшая от родов, туго соображала. Дома робот с восторгом принял новую жизнь и женщину, которую стал любить ещё больше.
Договорившись с матерью и восстановившись, Алиса попала на курс к своему мужу и тот, хотя и прожил в одиночку целый год, потребовал семейную комнату в общежитии. Пара стала жить вместе: он – гулял и часто ходил налево, она – прилежно училась и писала за него домашние работы. На последнем курсе девушка снова забеременела и, упросив всех, защитилась раньше срока. В этот раз она рожала в полном одиночестве: расходы взял на себя университет, а ехать далеко с пузом не хотелось. В этот раз Генри пришёл забирать её лично. Он был серьёзно пьян и громко кричал, что уж этого-то сына у него не отнимут. Вопреки здравому смыслу и вялому после родов сопротивлению жены, в графе «имя» снова появилось «Генри». Бабушка, узнав об этом, упала в обморок, а дедушка, пожав плечами, только удивился такому постоянству. При переезде через несколько лет документы оказались утеряны из системы и Алисе предложили заново назвать имена. Взрослая замужняя женщина, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, снова дважды сказала «Генри», ничего не пояснив удивлённо поднявшей глаза специалистке документационного центра. Вот так дети оказались «Генри». Уже после посадки, когда они выходили, Р-330 слышал как одна из проверяющих документы женщин сказала подруге через стекло: «Ненормальная, оба парня и оба – Генри». На секунду ему захотелось остановиться и пояснить, что это – не её собственная причуда, а выкрутасы мужа, которого сейчас везут на принудительные работы и который, кстати, тоже Генри. Но робот покорно склонил голову и позволил всем думать что они хотят. Ни к чему привлекать внимание, которого, из-за помощника, им и так уделяли слишком много…
Всё закончилось также внезапно, как и началось. Однажды Р-330 не успел выйти из комнаты, пока служба не началась, и потому был вынужден смотреть в окно и грустно думать о том, когда непонятные песнопения закончатся. В попытках как-то осторожно выбраться, он постучал в дверь общей комнаты. А соседка, казалось, и не слышала этого: она что-то бубнила на своём языке еле слышно и роботу стало просто интересно, что же такого есть в религии, чего нет в обычном быте.