– Ага! – радостно воскликнул Грендель.
Залихватски выскочив из челнока, он присел у этого отверстия, и принялся возить там руками. Он сидел так довольно долго, Беовульф его не торопил.
– Готово! – Грендель, торжествующе, сжимал в руках непонятный свёрток, – всё, неси меня к другому челноку.
И Грендель, не выпуская бесценный свёрток, протянул к Беовульфу руки. Грендель весь светился от счастья, он забыл всякую настороженность, он сделался таким беспечным, как будто был уверен, что весь мир сейчас счастлив вместе с ним.
– А вот и Бара! – закричал Грендель, когда резкий свет фонаря Беовульфа выхватил из тьмы силуэт девушки в белом платье. Она стояла неподвижно, ицо ее было обращено вверх.
– Я достал батарейки! – радостно прокричал ей Грендель.
Он легко спрыгнул из рук Беовульфа, он пробежал мимо Бары, он стал быстро карабкаться по насыпи из камней.
– Насыпь надо разобрать! – отдал Грендель указание Беовульфу, – быстрее!
Беовульф кивнул и взялся за ближайший камень. Бара всё так же стояла.
– Да что ты возишься, я уже всё установил, корабль работает! – задыхающимся голосом прокричал Грендель спустя какое-то время.
Он выглядывал из заметно расширившийся дыры в насыпи.
– Надевай скафандр, и помоги мне, – равнодушно ответил ему Беовульф.
– Сейчас!
– Грендель починил свой корабль? – спросила Бара Беовульфа, когда он проходил мимо неё.
– Да, – сказал Беовульф, наклоняясь к девушке.
– Ты улетаешь вместе с ним?
– Да.
– Я тоже должна улететь.
Лицо Бары под светом фонаря казалось мертвенно белым. Бара больше не улыбалась.
– Ты была уверена, что Грендель вернётся.
– Да.
– Ты всё ещё уверена?
– Я должна лететь вместе с ним.
– Хорошо, я скажу ему об этом.
– Беовульф, ты где? Скорее, я хочу уже улететь с этой отвратной планеты!
Он уже надел скафандр, камни так и летали под его руками.
– Не надорвись, – сказал ему Беовульф.
К утру насыпь была расчищена.
– Может тебе поспать, прежде чем лететь? – спросил Гренделя Беовульф.
– Смеёшься? Я здесь и так уже выспался! Пятьсот лет проспал! Нет уж, спасибо!
– Думаешь, кто-то из твоей родни ещё жив? – уточнил Беовульф.
– Не знаю, – беспечно ответил Грендель, – вполне может быть.
Грендель сидел внутри челнока. Его небрежно скомканный скафандр валялся позади.
– Я лечу с тобой, – напомнил Беовульф Гренделю.
– Да пожалуйста.
– Бара тоже летит.
– Ребята, да летите хоть все, – рассмеялся Грендель, – челнок четырёхместный. Можете и колдуна с собой прихватить. Мотор работает, челнок летает, и я вас всех простил! Только не обижайтесь, если вам на Марсе не понравится. Вы – рабы, не забывайте это.
– Я этого не забыл, – сказал Беовульф.
– Бара, залезай! – крикнул Грендель девушке.
И Беовульф машинально дотронулся до исцеляющего браслета на своей руке. Просто чтобы убедиться, что он на месте.
– Летим!
И космический челнок с шумом, с рёвом оторвался от каменного пола пещеры. Миг – и он был в воздухе, вокруг были облака, небо стремительно темнело.
– А сейчас будет космос! – сказал Грендель, улыбаясь широкой улыбкой, – я лечу домой!
часть 2. 21.
война истратила
его родовичей;
не видеть им больше
чертога пиршественного,
не встанут воины
с мечами на страже,
некому ныне
лощить до блеска
чеканные кубки, —
ушли герои!
***
Красная пыль, много красной пыли. Сухие камни внизу были покрыты пылью, в воздухе пыли было столько, что небо от неё было красным.
– Это твой дом? – спросила Бара Гренделя, – ты живёшь здесь?
Бара с надеждой заглядывала Гренделю в лицо. Беовульф молчал. Они уже очень долго летели над этой бесконечной красной пустыней. Пустыня эта не была похожа на чей-то дом. Беовульф бывал далеко на севере, там, где день смыкается с ночью, где царит лютый холод, но даже те, заснеженные места, могли быть домом для кого-то. Эти пыльные камни – нет.