Давно не писал – не потому что забыл, а потому что увлёкся. Роман мой… втянул, как трясина. Персонажи лезут в голову, болтают между собой, иногда даже спорят со мной. Хорошо. Это, как ни странно, помогает. Отвлекает от мерзкой, вязкой тишины. От мысли, что, может, она никогда больше не прервётся.
Но вот беда: главный герой всё чаще начинает смахивать на меня самого. Будто моё хмурое подсознание намекает на то, что я обязан что-то предпринять..
И что он делает, герой мой? Всё хочет сорваться с места, отправиться в путь, искать истину, смысл, новые берега… Ну конечно.
А я? А я никуда не поеду. Писатель, может, и голодный, но не дурак. Моя квартира – мой бастион. Кровать – мягкая. Стены – надежные. Тапки стоят, где надо. Никто не кричит. Никто не дышит в затылок.
Бросать все и шагать в «приключения» – это, извините, безумие. А я, как-никак, пожилой человек. У меня давление.
25 марта, 00:45
Сегодня она снова пришла.
Ах да, я ведь не рассказывал тебе о своей ночной даме. Ну как же! Возмутительная забывчивость. Старость, мать её, не радость.
Она – прелесть, правда. Точнее, не прелесть, а… как бы это сказать – постоянство. Настоящее, чёрт возьми, чудо: каждый день, ровно в одно и то же время, ближе к полуночи, она выходит из-за угла, пересекает мою улицу, шаркает своими тапками (или что у неё там на ногах?) – и скрывается. Всё. Никаких «привет», никаких «как дела» – просто появляется и исчезает. И всё это – в одном и том же грязно-голубом платье, которое когда-то, возможно, было симпатичным, но теперь было покрыто разноцветными пятнами о происхождении которых я предпочитаю не задумываться.
Я уже жду её появления, как свидания. Не в том смысле, чтобы цветы, духи и поцелуи (тфу, избави боже), а… чтоб знать: мир ещё не окончательно сошёл с ума. Если уж она всё ещё ходит, значит, хоть кто-то знает, куда идёт.
Кто она? Была ли у неё семья? Детишки, муж, дача, кошка? Или хоть книжку какую недочитанную держала на прикроватной тумбочке?
Иногда подмывает крикнуть в форточку: «Эй! Как тебя звать-то, родимая?!» Или вот – может, ей мои черновики скинуть? Пусть прочитает, может, хоть она оценит.
Да, если ещё пару дней просижу в этой погребальной тишине, начну орать ей в ритм: шарк-шарк… как тебя зовут… шарк-шарк… откуда ты пришла…
27 марта, 05:23
Ну вот и всё. Вода сдалась. Держалась дольше всех, геройски. Но в итоге – как и всё остальное – капитулировала.
Интернет сдох первым. Потом отопление. Свет покончил с собой на третий день, с характерным звуком. Газ исчез аккуратно, почти вежливо, недели полторы назад – но мне всё равно давно нечего было готовить. Одно радует: додумался ванну водой наполнить и бутылками весь пол заставить. Мой последний акт благоразумия, видимо. Спасибо, инстинкт самосохранения, хоть раз не подвёл.
Февраль был злой, лютый, морозный – если бы это случилось тогда, я бы уже стал частью интерьера. А теперь? А теперь мне опять повезло. Ха-ха. Везёт, как утопленнику, что ни говори.
А история – встала. Герой мой застрял в каком-то закоулке, и я не знаю, как его оттуда вытаскивать. Он – в тупике, я – на диване. Оба, считай, на эшафоте.
И имя её я так и не узнал.
28 марта
Консервы заканчиваются.
Что ж, не впервой. Никогда не был из тех, кто запасается, – зачем, если за углом двадцать четыре часа в сутки «всё по акции»? Моя удача вновь не подвела: именно в тот день, буквально за час до всего этого, я успел перехватить у бедного курьера пару пакетов. Мальчишка был весь в мыле, шапка набекрень, а я ещё тогда подумал – чего это он так суетится? Видать, уже тогда в воздухе витала тревога.
Успел ли он домой? И сейчас так же сидит и глядит в окно?
Что было бы, закажи я позже?Всего на час? Нет. Стоп. Не думать.
Сколько я уже здесь? Понятия не имею.
Даже воробьи больше не прилетают на мой подоконник.
Я ведь раньше мечтал, чтобы время снова стало вязким, тянущимся, как ириска из советского автомата: жуй-жуй, пока пломбы не вылетят, а толку ноль. В детстве оно было именно таким. А потом – фьють! – и двадцать лет прошло.
А теперь – стоит. Будто тоже сидит со мной в этой чёртовой квартире и ждёт, пока я начну разговаривать с мебелью.
Что ж, осталось только придумать ей имена.
29 марта, 03:00
Ну, всё к чёрту. Решил начать рукопись заново.
Писать на голодный желудок, как ни странно, легче. Глупость, конечно, но голод делает голову яснее, будто кто-то вымыл мозги хозяйственным мылом – противно, зато начисто. Лучше вижу, где наврал, где недодумал, где в историю просочилась какая-то дрянь.