Потрясённая она ушла спать и проспала долго, до середины следующего дня, потому что была суббота и можно было не включать будильник.
Однако, на следующий день Мэри вернулась.
- Сиська в сосиску! - взвизгнула Мэри, свистнула и больно ударила Лизу по щекам руками.
- Ай! - сквозь сон отозвалась Лиза и резко поднялась на кровати.
- Чёрт, ты здесь - разочарованно протянула девочка, смотря как её нога ударила пяткой по изножью кровати.
Мэри просвистела длинную победную мелодию и вытянув средний палец ткнула им Лизе в глаз.
- Вот блин, больно! - Лиза потёрла свой глаз рукой и вздохнула. Странно было ожидать, что что-то изменится.
Однако, чуть позже, за кухонным столом Лиза поняла - что-то всё-таки изменилось.
Она с удовольствием ела завтрак, работая единственной теперь свободной рукой, вилка быстро мелькала в воздухе. Мама радостно смотрела на дочь. Лиза выпила кружку какао и откинулась на спинку стула.
- Спасибо, мам, очень вкусно. - сказала Лиза и прикрыла глаза. Она сидела так, с закрытыми глазами и покачивалась на стуле, как вдруг.
- Лиза? - голос мамы был испуганным - Лиза с тобой всё в порядке? Что ты делаешь?! -
Девочка удивлённо посмотрела на маму. Мама подошла к столу и склонилась над дочерью, рассматривая её.
- Ты чего мам? - смущённо спросила Лиза, и посмотрела в ту сторону, куда смотрела мама.
Её левая рука, плотно забинтованная в лангету выгнулась назад, съехав за спину и пыталась вырваться из бинта. Рука неестественно дёргалась, а пальцы топорщились в разные стороны. Давление было таким сильным, что пальцы спустя секунду уже посинели.
У Лизы похолодел затылок и она беспомощно посмотрела на мать.
- Мама, это не я. - прошептала она, - это Мэри. - Лиза начала задыхаться от ужаса, который всё это время таился в глубине её тела.
Тот страх, из-за которого она никак не могла заснуть вчера, сегодня показал своё лицо.
- Тебе больно? - мама внезапно схватилась за левую руку Лизы, в отчаяньи пытаясь вернуть её на место, пальцы Лизы вцепились в её кожу ногтями, и мама вскрикнула, отпрянув назад.
Лиза поняла вдруг почему ей так страшно. Это не было тиком. Эти лихорадочные движения и попытки левой руки вырваться из повязки, не приносили Лизе боли. Не было и обычного напряжения, распирающего тока, который несётся по нервам. Она не чувствовала вообще ничего. Лиза опешила. Рука жила своей жизнью, даже боль в ключице куда-то исчезла. Это была не её рука!
Слёзы проступили на Лизиных глазах, она испуганно выкрикнула:
- Мама это не я! Мама! -
Мама прижала ладонь к её плечу и покачала головой, пытаясь успокоить дочь. Но она не понимала, что хочет сказать Лиза.
- Скоро всё закончится, солнышко, вот, сейчас, видишь? Мэри успокоилась. - мама улыбнулась своей кривой улыбкой.
Лиза посмотрела на руку, и, действительно, та безжизненно повисла в бинтах, вернувшись на своё место. Боли не было, напряжения не было. Не было ничего. Пустота и тишина в руке.
- Я пойду к себе. - дрожащим голосом бросила Лиза и побежала в свою комнату.
- Что происходит? - прошептала она, стоя за закрытой дверью в комнате, ноги её подкосились и она медленно сползла вниз, на пушистый ковёр.
Пролежав так немного, она не смогла найти ответа. Самым логичным для неё было предположение, что трещина в ключице каким-то образом отключила нерв в руке, поэтому Лиза не почувствовала тика. Но это не было похоже на тик, движения казались разумными, у них была цель - вырваться из бинтов.
У Мэри никогда не было цели. Она была обезьянкой, неразумной, не существующей. Мэри лишь электричество.
- Мэри лишь электричество. - твёрдо повторила Лиза вслух, и в ту же секунду Мэри свистнула и выкрикнула.
- Дрочись, ваше величество! -
Лизу успокоила эта фразочка, тики часто повторяли сказанное, или коверкали в рифму, добавляя матерных словечек. В этот раз Лиза почувствовала тик, как обычно и даже посмеялась над ним. Выходные прошли, и Лиза отправилась в школу.