Пришло время показать ему, что я прикрываю его спину, как он прикрывал мою всю жизнь.
— Кайт… я доверяю тебе. Но тебе нужно отдохнуть. — Нила обхватила ладонью мою руку. — Пожалуйста, что бы ты ни задумал, это съедает тебя заживо, — сказала она, указывая на Ката, удерживаемого Киллом. — Ты победил. Наследование долгов завершено. Пусть с ним разбираются власти.
Я мрачно усмехнулся.
— Власти? Нила, власти принадлежат нашей семье. Никто не посмеет дать показания против него или посадить его в тюрьму. Если хочешь справедливости, это единственный способ. — Взяв ее за подбородок, я убрал нитку с ее кожи, оставленную материалом, ранее прикрывающим ее голову. — Поверь, когда я говорю, что это то, что должно произойти. Не пытайся остановить меня снова.
Нила опустила взгляд. Ее сердце бешено колотилось, эмоции бурлили, словно горячие источники под поместьем, но она послушала меня. Она отступила, позволяя мне уйти.
Я выдохнул с облегчением, безмолвно поблагодарив ее.
Кат не произнес ни слова — да он и не мог. Как только он сдался, я засунул ему кляп и заклеил рот скотчем. Его ноздри раздувались, седые волосы в беспорядке падали на лоб.
Дэниель был мертв. Бонни тоже скоро умрет. Кат будет следующим, кто покинет этот мир.
Нила отступила, когда Жасмин подъехала ко мне и схватила за руку.
— Я не буду пытаться остановить тебя, но не чувствуй, что ты должен…
— Не начинай, Жас.
— Я беспокоюсь о том, что…
Я холодно рассмеялся.
— Что это сделает со мной? Жас, ты знаешь, что будет, если я не сделаю этого. Я никогда не прощу себя. Он доставил много мучений тем, кого мы любим. Тебе не кажется, что ему пора попробовать свое собственное лекарство?
Килл не сказал ни слова, крепче сжимая моего отца в своих руках.
Нила прикусила губу и смотрела на Жасмин, ожидая ее ответа.
Жас неподвижно сидела в своем кресле. Я позволил своему состоянию разгореться сильнее, выделив ее в толпе. Она чувствовала тот же страх, что и Нила. Страх, что я никогда не буду прежним, если сделаю это. Страх, что это будет преследовать меня вечно.
Возможно, так и есть, но я был в долгу. Перед шахтерами, освободившими меня. Перед Киллом, прикрывшим меня. Перед Текстилем за смерть его жены. Перед всеми, кто участвовал в наследовании долга.
Я делал это не для себя. Я делал это для них. Это была жертва, на которую я был готов пойти.
Жас нежно улыбнулась, когда наши глаза встретились. Ее эмоции затихли, слившись в одно единственное желание: закрыться.
Я кивнул, давая ей понять, что понял ее доводы.
— Спасибо.
Она разгладила плед на своих обездвиженных ногах. Ногах, которые были платой за меня. Инвалидность, причиненная нашим отцом, который теперь должен ответить за свои преступления.
Сегодня ночью все закончится.
Жизнь Ката станет завершением его ужасного правления.
Жас кивнула. Давая мне разрешение и силу. Прищурившись, она перевела взгляд на Ката.
— Я пыталась быть дочерью, которую ты хотел, но никогда не была достаточно хороша. Надеюсь, эта мысль будет преследовать тебя вечно.
Грудь Ката вздымалась от притока воздуха, в его взгляде светилось раскаяние.
В отличие от Нилы, она не простила его. Он причинил ей слишком много страданий, чтобы быть такой самоотверженной.
Ее переполняли страх за меня и потребность в возмездии. Она хотела, чтобы я сделал это. Она призывала меня сделать это.
Для меня этого достаточно.
Кат сглотнул, его лицо светилось от эмоций, адресованных его дочери. От нахлынувших на него душевных переживаний мне стало трудно дышать, и я раздумывал, не вынуть ли кляп, чтобы он мог попрощаться с Жасмин.
Однако моя сестра решила за меня. Обхватив колеса своего кресла, она откатилась, предоставляя Киллиану пространство для движения вперед.
— Увидите его, — зашипела она. — Я больше не хочу его видеть. — Схватив Нилу за руку, она удерживала ее, пока Килл пробирался вперед, увлекая Ката к выходу.
Взгляд Нилы встретился с моим. Я послал безмолвное сообщение. Ты понимаешь, почему?
Ее губы скривились, но она кивнула. Да.
— Я найду тебя, когда все закончится.
Повернувшись спиной к семье Нилы и комнате, переполненной телами, я прошел мимо Килла и, указав пальцами направление, пригласил его следовать за мной.
Я не остановился, чтобы дать указания. Я надеялся, что президент байкерского клуба «Чистая Порочность» последует за мной. Какая бы иерархия ни существовала, мы были на равных. Килл знал условия, когда пришел мне на помощь. Я готов отплатить ему. Я выполню соглашение, которое мы заключили.