Поцелуй меня.
Трахни меня.
Нила боролась с ним, она убила его, даже находясь под воздействием наркотиков. Если бы она была кем-то другим, она бы охотно подчинилась. Ей бы понравилось то, что сделал Дэниель, потому что ее тело не дало бы ей другого выбора. Наркотики были очень сильными, но каким-то образом ей удавалось бороться с ними, а также с ухаживаниями моего брата.
Я не достоин этой женщины.
Этой Уивер. Из-за нее мои недостатки стали достоинствами. Она спасение в осуждении.
— Джетро… пожалуйста.
Ее поцелуй стал глубже.
— Черт возьми.
Яростным рывком я подхватил ее на руки и направился к кровати. Ее руки вцепились мне в волосы, дергая, ее губы порхали над моими.
Наше дыхание участилось. Кожа стала гладкой и чувствительной.
Мое тело окоченело. Палатка трещала от вожделения, настолько болезненного, что оно искалечило нас.
Сколько у нас времени?
Мы искушали судьбу. Очень глупо было поддаваться.
Там труп…
Это было жутко.
Нехорошо.
Но я во многом ее подвел.
Мы не знали, что нас ожидает.
У нас не было такой роскоши, как время.
Нила хотела этого. Меньшее, что я мог сделать, — повиноваться.
Повалив ее на кровать, я встал над ней. Ее волосы, длиной до подбородка, разметались по белому постельному белью, ноги раздвинуты, а рука опустилась к киске. Она не испытывала стеснения, когда ее пальцы теребили клитор.
Мои легкие отказались работать.
— Черт, Игла.
— Возьми меня, Кайт. Я нуждаюсь в том, чтобы ты взял меня. — Пальцем она размазывала влагу вокруг входа, ее живот напрягся от удовольствия. — Я боролась с ним. Мне удалось остаться верной себе и не позволить похоти взять верх. Но я устала. Я опустошена. Больше не могу… не могу бороться с этим. — Слезы блестели на ее ресницах. — Мне это нужно. Мне нужно освобождение. Мне нужно забыть хотя бы ненадолго. Мне нужно жить, помнить, быть счастливой, свободной. Пожалуйста. — Ее пальцы задвигались быстрее, кожа пылала от потребности. — О, пожалуйста… пожалуйста.
Я не мог говорить.
Она загипнотизировала меня.
Мои руки дрожали, когда я расстегивал ремень. Идиотизм трахать ее, Кат мог вернуться в любой момент, но я не мог сопротивляться этому. Здравый смысл сгорел в пламени желания, и все, о чем я мог думать, это заполнить это потрясающее создание и заявлять на нее права снова, снова и, блядь, снова.
Ее глаза встретились с моими, и все, что произошло за последние несколько месяцев, разрушилось. Только это имело значение.
Заниматься любовью. Соединяться. Сливаясь в одно целое.
Она была моей единственной и неповторимой.
Мой мир.
Она облизнула нижнюю губу, прикусывая ее зубами, когда палец погрузился внутрь.
— Джетро… пожалуйста!
— Тише. Я с тобой. Я здесь.
Мой член пульсировал, когда я стягивал джинсы и боксеры.
Глаза Нилы закрылись, я сжал член в кулак, поглаживая сильно и быстро.
— Скажи мне. — Мой голос был гортанным.
— Что ты хочешь услышать?
Бриллианты на ее шее преломляли свет.
— Мой член… как ты хочешь, чтобы это произошло?
Соблазнительная улыбка озарила ее лицо. Нила застонала низким и полным приглашения стоном.
— Жестко и быстро. Боже, очень жестко. Очень быстро. — Ее руки скользнули к соскам через толстовку, жестоко покручивая их. — Я никогда раньше не чувствовала себя так. Такой несдержанной. Такой возбужденной. Боже, пожалуйста, не заставляй меня ждать. — Ее спина выгнулась дугой. — Трахни меня.
Черт возьми.
Я набросился на нее. Схватил ее за бедра и дернул к краю кровати.
— Ты хочешь меня? Ты можешь, блядь, получить меня.
Она вскрикнула, когда я раздвинул ее бедра, выставляя напоказ ее киску — блестящую и совершенную. Я склонился и укусил ее за колено, провел рукой по ее бедру и ввел палец глубоко внутрь.
Она закричала.
Я зажал ей рот рукой.
— Тихо!
Она была моим наказанием и покаянием.
Нила закатила глаза, когда я ввел в нее еще один палец. Ее бедра опасно и требовательно покачивались. Она была влажной и горячей. Ей не нужна была прелюдия. Она хотела, чтобы ее трахали, использовали, оскорбляли, требовали.
Мой разум был разрушен; я не мог остановиться.
Ее дыхание стало прерывистым, когда я поглаживал ее клитор. Мой член готов был взорваться от того, какой чертовски красивой она была. Нуждающейся и яростной.
— Я собираюсь взять тебя. — Я сильно толкнул пальцы. — Собираюсь заявить на тебя права. Собираюсь дать тебе все, потому что ты заслуживаешь всего, черт возьми. Ты заслуживаешь того, чтобы тебе поклонялись и восхваляли. Ты заслуживаешь, чтобы тебя любили каждый чертов день.