Вниз-вверх. Вверх-вниз. И удача покинула нас, мы остановились вверх тормашками.
Мне больно.
Острая боль.
Двигатель не переставал жалобно выть. Осколки стекла сыпались, словно разбитые кристаллы. Кровь заливала глаза, но я не хотела отводить взгляд от Джетро.
Джетро…
Слезы закупорили все артерии. Паника проникла в каждую жилку.
Мы были так близки…
Он не двигался. Багровые капли стекают с его виска, кровь забрызгала крышу машины, словно отвратительное произведение искусства. Его бок окрасился в насыщенный алый цвет, из раны на лбу сочилась черно-красная кровь. Его руки, согнутые в запястьях, безжизненно лежали на крыше.
Нет… нет. Пожалуйста, нет…
Он не может умереть.
Не может.
Судьба не может быть настолько жестокой.
Она не могла поманить нас надеждой, а затем лишить любого шанса.
Все не может быть настолько жестоко!
Джетро…
Я хотела протянуть руку и коснуться его. Хотела поговорить с ним, уверить. Хотела освободить его и увезти далеко-далеко отсюда.
Но мой мозг не мог послать сообщение травмированным конечностям.
Так что я висела… словно сломанная марионетка, которую дергали за ниточки.
Мне не хватало кислорода. Я задыхалась. Ремень безопасности слишком сильно сдавливал мою грудную клетку, удерживая в перевернутом положении. Волосы свисали вокруг меня, капли крови стекали по лбу, словно неправильно текущие слезы, присоединяясь к струящейся крови Джетро на крыше машины.
— Ка-Кайт…
Я застонала, испытывая невыносимую эмоциональную боль. Я умоляла свое тело начать двигаться, чтобы у меня появилась возможность проверить, жив ли он.
Но я не могла двигаться.
Джетро не двигался.
Все замерло, кроме вращающихся шин и оседающей пыли, окутавшей нас облаком желтого пепла.
Смаргивая кровь, пытаюсь сделать еще один вдох, желая, чтобы кислород соединил меня воедино и оживил.
Ну же.
Нам угрожала опасность. Я не могла вспомнить какая. Но нам угрожала опасность.
Львы?
Гиены?
Шаги раздавались все ближе. Щелчки оружия, снимаемого с предохранителя, эхом отдавались в моем голове. Слышались инструкции на непонятном мне языке.
И внезапно я вспомнила.
Хоуки.
Кто-то пытался открыть мою дверь, но она не поддавалась. Я не смотрела на них. Не сводя глаз с Джетро, безмолвно говорила ему все, что он заслуживал услышать.
Я люблю тебя.
Я доверяю тебе.
Спасибо, что вернулся за мной.
Я последую за тобой.
Я найду тебя.
Это ещё не конец.
Ужас, что он мог умереть, поглотил меня. Я дважды видела, как он умирает. Дважды.
Я знала, каково это — жить без него. Если бы он умер, я бы тоже хотела покинуть этот мир.
Слезы смешивались с кровью.
Снова шаги.
Опять хруст и разговоры.
— Джетро…
Борясь с болью и неправильным функционированием синапсов, мне удалось пошевелить рукой. Дюйм за дюймом я тянулась к нему.
Когда кончик моего пальца коснулся его локтя, я разразилась безобразными слезами.
— Пожалуйста… очнись.
Ни одного признака жизни.
Еще раз ткнула его пальцем.
Никакой реакции.
Я ущипнула его.
Он висел словно безжизненный труп.
Ветровое стекло внезапно разбилось. Я закричала, когда дождь из осколков хлынул словно водопад.
Моя рука сама собой отдернулась назад, инстинктивно прикрывая голову. Приклад ружья оказался слишком близко к моему лицу.
Затем вместо оружия появился человек. Темнокожий человек. Его взгляд встретился с моим.
— Жива, босс.
Я зажмурилась. Вид из разбитого окна словно насмешка. Мы умудрились вырваться из комплекса, прежде чем попали под обстрел. Мы были свободны. Мы прорвались за ограду.
Но теперь… меня вернули назад, а Джетро… сомневаюсь, что реинкарнация возможна второй раз.
Я то приходила в сознание, то теряла его, медленно осмысливая аварию. Кто-то залез внутрь и расстегнул мой ремень безопасности.
Мгновенно гравитация заключила меня в свои объятия и сложила пополам на крыше.
Я застонала от боли.
В тот же миг кто-то схватил меня за лодыжки и потянул через неровное отверстие, где раньше было лобовое стекло, на яркий утренний солнечный свет. Острые осколки металла резали меня. Песок обжигал кровоточащую кожу, когда они тащили меня по грязи.
— Нет! — Я вцепилась в изрешеченную пулями машину. — Я его не брошу. Нет!
Никто не слушал.