Шли цепочкой по узкой тропинке. В густом сером тумане, кажется, поскрипывающем от мороза, все виделось, как сквозь матовое стекло.
Рядом с лейтенантом Крюковым сопел Ахметка и поругивался по-татарски. Утром ему осколком мины раздроби-ло приклад автомата и пришибло большой палец на правой руке. Тупая боль донимала солдата, зато отвлекала от сна. Он шел ровно и упрямо, и лейтенант, видя его сквозь дрему, знал, что они идут и дойдут.
Вечерело, и туман розовел от далеких лучей заката. Там, где пряталось равнодушное зимнее солнце, лениво погромыхивали пушки. А когда целой очередью рвались снаряды орудийных залпов, казалось - перекатывался обыкновенный гром.
Из леса вышли наконец на широкую дорогу, утрамбованную танками. Лейтенант Крюков остановил солдат, кое-как отыскал под грязным маскхалатом планшет с картой. Снял рукавицы и поболтал руками.
- Ахмет, посвети!
Вестовой зажужжал фонариком. Но свет его был слаб и отразился на планшете мутным пятном. Крюков опустил его.
Сгрудились солдаты. Они молчали, но командир знал, о чем все думают: скоро ли поселок? Младший лейтенант Носик, косясь на командира одним стеклом очков (другое где-то выскочило), простуженно просипел:
- По-моему, надо спросить…
С оглушающим ревом, разбрызгивая снег, прошли к передовой три танка. Огромными снежными комьями к башням их липли десантники. Маскхалаты на солдатах были чистые, и лейтенант подумал, что наступление для них только начинается.
А навстречу шли раненые. И ехали сани с ними. Ездовые нахлестывали заиндевевших лошаденок, и те, разбрасывая ноздрями клубы пара, торопились. Лейтенанту не хотелось задерживать раненых, и он топтался сбочь дороги. И солдаты с ним. Они промерзли и хотели отдыхать, но не донимали командира вопросами.
- Стойте!.. Одну минутку!..- крикнул младший лейтенант Носик.
Лейтенант увидел перед собой громадную куцехвостую лошадь, впряженную сразу в трое саней. Сани были наши, но лошадь - чужой породы.
Они с младшим лейтенантом подошли к передним саням. Из тулупа высунулся человек с офицерскими погонами на шинели. В затяжном зевке обдал водочным перегаром и сказал:
- Слушаю!
- Далеко до поселка Лесного? Карту невозможно раз-глядеть… Нам назначено там…- Крюков не договорил, потер глаза: да, на санях ехал Басов, на нем опять погоны лейтенанта!
- Пройдите немного - и направо!..- Увидите - раздолбано все… Хотите трофейного шнапсу?.. Слабоват, но все же,- и Басов стал копаться в тулупе, как в куле.- А я пленных офицеров сопровождаю. Всех званий. Есть даже подполковник… Приказано срочно доставить в штаб армии.
На двух других санях горбясь сидели пленные, и автоматчики из охраны высились над ними.
- У нас есть шнапс. Тоже трофейный,- сказал младший лейтенант Носик, повернулся и пошел к солдатам.
Лейтенант Крюков ничего не сказал. Зябко поежился.
- Эй вы! Кто из вас старший?-крикнули из тулупа.- Почему разрешаете солдатам курить без маскировки?.. Какой части?
Крюков видел, как в толпе солдат затухающей искрой маячил огонек папироски, и понимал, что его не видно и с десяти метров в этом густом промозглом тумане. Но приказ нарушался, и Крюков заставил себя громко, но не строго сказать:
- Прекратить курение!
Папироска в толпе потухла, а из саней продолжали выговаривать. Молодой лейтенант повернулся и пошел к саням. Но в этот миг неподалеку рванул снаряд, на мгновение оживив огненным всполохом мертво присмиревший лес и разбросав вокруг снежную крупу.
Лейтенант Басов упал на передок саней и рявкнул ездовому:
- Гони!
Взмахнув толстой метелкой хвоста, битюг чужой породы легко поволок связку саней по укатанной дороге. Пленные лопотали о чем-то, пряча головы в высокие воротники теплых шинелей. Из одного воротника, как стекла стереотрубы из окопа, торчали очки.
- Надо было у фрицев реквизировать очки для тебя,- сказал Крюков младшему лейтенанту, стараясь не думать о том, что могло бы случиться, не пожалуй вовремя шальной снаряд.
- Я уже думал об этом,- ответил Носик, глядя на лейтенанта по-птичьи - боком. Но неудобно как-то… Между прочим, как вам это нравится?- он махнул рукой вдоль по дороге, которая скользила в туман и терялась в нем.-
Пленных, гад, сопровождает, шнапс трофейный пьет… Непонятно…
Крюков положил руку на плечо младшего лейтенанта, но сказал совсем не то.
- После войны разберемся, кто и как ее прошел.
- А Розе убит, погиб Андреев,- скорбно обронил Носик.
- Да, им теперь все равно.
И снова, очерствев от усталости, мерили дорогу, торопились к отдыху и сну.