Йондалран едва успел заметить и отбить удар. Виллен, потеряв равновесие, споткнулся и упал. Он откатился в кусты и затаился там. Битва шла плохо, он это понимал. Где армия Воры? Они уже должны были войти в лес и разметать остатки фандорского сопротивления. Что у них там произошло?
Скоро стало понятно, что помощь не придет. Северяне обратились в бегство.
— Мы их разбили! — закричал Йондалран.
Лэгоу скорчился за деревом, наблюдая за сражением. Он больше не будет иметь ничего общего с этим! Если ему удастся живым выбраться из этих холмов, он покинет поле боя, бросит эту войну и попробует хоть как-нибудь вернуться домой, к жене и детям. Пусть воюют без него, пока их всех не убьют или не возьмут в плен. Останется он или уйдет, не важно, хватит болтать о патриотизме, это просто здравый смысл.
Он побежал по краю поляны, стараясь держаться в тени, подальше от сражения. Впереди было открытое пространство между камнями и густым подлеском. Он найдет дорогу обратно к лодкам и как-нибудь пересечет опасный залив Баломар.
Лэгоу добрался до арки, образованной двумя валунами. За ней тянулась узкая тропинка между камнями. Здесь он не слышал звуков сражения. Он помедлил и оглянулся.
Фандорцы начинали теснить симбалийцев. Лэгоу увидел Дэйона, которого сражение отделило от остальных. Вооруженный мечом северянин наседал, а юноша отбивался суковатой дубиной. Пока Лэгоу смотрел, северянин перерубил дубину. И в тот же миг Дэйон споткнулся о камень и упал, раскинувшись на влажной земле. Симбалиец замахнулся мечом, чтобы нанести последний удар…
— Нет!!! — закричал Лэгоу.
Он бросился вперед и прыгнул на врага. Удивленный внезапной помехой, тот развернулся и не глядя ударил. Лэгоу почувствовал, как клинок скользнул между ребер, почувствовал холод, от которого, казалось, онемело все тело. Старейшина упал вперед, вырвав меч из руки симбалийца. Дэйон вскочил на ноги, поднял обломки дубины и ударил симбалийца по голове.
Потом он встал на колени рядом с Лэгоу и приподнял голову старика. Лэгоу открыл глаза и посмотрел на Дэйона. У него было лицо как у ребенка, которого ни за что обидели. Он вдохнул, как будто пытаясь что-то сказать. Дэйон наклонился ближе, чтобы расслышать.
Лэгоу не прошептал последних слов. Его глаза закрылись.
Дэйон положил его на траву, у него на глазах блестели слезы.
— Я знаю, — сказал он старику, — я знаю, что этому нужно положить конец.
Молодой человек осмотрелся. Сражение на поляне почти закончилось. Йондалран сидел на бревне, тяжело дыша, в каких-то сорока футах от него.
Отец, — закричал Дэйон, — старейшина Лэгоу убит!
— Нет, — выкрикнул Йондалран, — этого не может быть! Он не сражался!
Старик встал с бревна и бросился к сыну. Подбегая, он увидел тело колесных дел мастера в траве.
— Нет, — повторил он тихо, — не может быть.
Дэйон сжимал руку мертвого старейшины.
— Он спас мне жизнь, отец. Мы отбили атаку симбалийцев. Мы должны сейчас же отступить, пока они не вернулись! Ты должен отдать приказ об отступлении!
Йондалран бросил на него сердитый взгляд:
— Не приказывать отцу!
Затем он вдруг замолчал. Дэйон отступил в сторону. Отец не сводил глаз с Лэгоу.
— Он всегда спорил со мной, — прошептал Йондалран, — но мне будет не хватать его голоса.
Он снова обратил к Дэйону заплаканное лицо.
— Нет у меня чувства победы, — сказал он. — Мы защитили честь Фандоры, но пролилось больше крови, чем я когда-либо мог себе представить. Если бы не Лэгоу, я мог бы и тебя потерять.
Оборона холма давно вытеснила из его головы мысли о том, зачем они сюда пришли, но воспоминания о Йогане нахлынули теперь, как слезы, бегущие по щекам. Он вспомнил смеющегося, жизнерадостного мальчика, сидящего верхом на быке, когда они возвращались с пахоты, старательно рубящего дрова маленьким топориком, который Йондалран ему сделал, играющего с друзьями на Толденарских холмах рядом с фермой.
Старик попытался вызвать в себе ту безумную ярость, которая вела его с тех пор, как он впервые увидел тело сына, и понял, что не может. Ее больше не осталось в нем, остались только усталость и тоска. Пора было заканчивать с войной. Он поднял голову и посмотрел на старшего сына.
— Мы отступаем.
ГЛАВА 30
— Он спит, — прошептал Эмсель, выглядывая из-за уступа скалы, — он даже не знает о том, что я здесь.
Путешественник молча рассматривал дракона, легендарное существо из сказок, который спал, положив голову на лалы и сложив два огромных серых крыла вдоль тела. Он был действительно достоин легенд. Лап у него было четыре, а не две, как у холдрага, и хотя размером он был в два раза больше хищной твари, дракон производил впечатление изящества и ловкости, той стремительности, которую ожидаешь от существа гораздо меньшего размера.