— У Тэмарка весь день уйдет на то, чтобы добраться до лодок, — сказал Дэйон отцу.
Йондалран задумчиво смотрел в сторону лагеря симбалийцев на другом конце равнины. Разглядеть что-то отчетливо не представлялось возможным из-за деревьев и тумана, поднимающегося от земли. Старик стоял, тяжело опираясь на посох, в нем кипела ярость. Многих они уже потеряли, и он чувствовал за это свою ответственность. Что он скажет жене Лэгоу? Что он скажет другим? Он покачал головой. Тяжелую цену им пришлось заплатить за безопасность Фандоры.
Дэйон молча стоял рядом с отцом. Тэмарк ушел с час назад. Он думал о том, сколько им предстоит здесь продержаться.
— Разъезжий говорит, что все готово, отец. Я говорил с ополчением из Боргена. Они хотят выступать. Они боятся, что погода испортится и будет трудно отступать.
Йондалран кивнул и снова посмотрел на равнину. Вдруг он замер, уставившись в одну точку.
— Что, отец?
Йондалран вытянул руку.
— Вон! Над деревьями!
— Это дождевая туча.
— И в самом деле туча, — напряженно сказал Йондалран.
Дэйон присмотрелся и ахнул. То, что сначала показалось ему темно-серой тучей, набухающей над верхушками деревьев, теперь разбивалось на части, раскалывалось на отдельные фрагменты — немыслимое число воздушных кораблей. Он видел, как солнечные лучи устремились сквозь паруса и отразились от украшенных драгоценными камнями форштевней, а мачты кораблей выстроились лесом над деревьями.
— К бою! — закричал Йондалран. — Поднимай людей! Мы будем защищать холмы!
В рядах симбалийцев шли последние приготовления к атаке. Войска выстраивались в сомкнутые плечом к плечу ряды, вымпелы развевались на пиках, их держали гордо и высоко. Лучники и пехота стояли на флангах, а центр состоял из рядов закованных в доспехи рыцарей. Симбалийская армия, снова в полном составе, готовилась в решающей битве.
На опушке леса стояли Ясветр и Керия. Это был последний миг, когда они могли побыть одни перед атакой, и звуки последних приготовлений заставляли их обоих думать об опасности. Ясветра могли убить в сражении, сразить фандорским мечом, а Керию считали предательницей, ее безопасность зависела от того, успеет ли она добраться до Эфрайона до коронации Эвирайи.
— Я знаю, что ты вернешься, — сказала она Ясветру, — мы слишком много пережили вместе, чтобы сейчас потерять друг друга. Сердце говорит мне, что ты должен вернуться.
Ясветр обнял ее за плечи:
— Ты мне дороже жизни, но я беспокоюсь, Керия.
— Я знаю, — ответила она, — но я понимаю, что нужно сделать. Каждый миг идет на пользу Эвирайе, приближает ее к Рубину. Как бы это ни было опасно, я должна мчаться обратно во дворец с Жемчужиной!
— Нет, — сказал Ясветр, — это слишком опасно. Люди Эвирайи все еще прочесывают лес, они ищут тебя. Они не замедлят взять тебя в плен, даже зная о том, что я вернулся.
Керия высвободилась из его объятий.
— Я должна добраться до Эфрайона! — воскликнула она. — Я не боюсь их!
Ясветр снова притянул ее к себе.
— У тебя с собой секрет слишком ценный, чтобы его потерять, любовь моя. Мы должны позаботиться о его безопасности. Ты должна дождаться, пока я смогу покинуть равнину. Лэтан может укрыть тебя в лесу. Мы вернемся в Надлесье вместе!
— Нет, — настаивала Керия, — у нас нет времени! Эвирайю вот-вот коронуют!
— Нам благоразумнее вернуться вместе, Керия! Если меня не будет там, даже Жемчужины будет мало, чтобы остановить коронацию Эвирайи. Драгоценный камень расскажет только о драконах. Я должен быть там, чтобы обелить свое имя. Эвирайя найдет, как использовать Жемчужину против нас, если мы не вернемся вместе. Подожди, моя дорогая, эта война скоро закончится.
— Я не хочу ждать, — тихо ответила Керия.
— Я прикажу задержать тебя, если ты попытаешься уехать! — сказал Ясветр. — Я не отдам тебя Эвирайе!
Керия видела любовь в его темных глазах, и на краткий миг война, интриги Семьи и угроза Эвирайи — все перестало существовать для них. Ясветр обнял ее, и они потерялись в прикосновениях рук и тел, в глубине их взаимной любви. Когда Ясветр наконец поднял глаза и взглянул на ожидающую армию, он почувствовал, как будто меч прошел сквозь его сердце. Он услышал шум войска, идущего в бой, дребезжание ножен, похрапывание и поступь боевых лошадей и железный шелест кольчуг.
Король заставил себя отпустить любимую и повернулся лицом к войску.
— Мы вернемся, — прошептал он, — мы вернемся в Надлесье вместе!