Важнее было другое - зачем он ее похитил и что собирается делать дальше? Алиса была уверена, что это не просто сумасшедший маньяк, здесь было замешано что-то личное. Ненависть в его глазах, когда он волок Алису через зеркало, была направлена именно на нее. И когда она успела ему так досадить? Не в этой жизни уж точно.
***
Камаль в ярости стучал в ворота замка.
-Нил, сукин ты сын, открой гребаные ворота! Ты не можешь с ней так поступить!
Ответом ему была тишина. Нил Блэк в это время накачивался виски, впервые, сомневаясь в правильности своих действий.
Из-за Цаски он тот кто есть. Глупо ожидать, что со временем его ненависть улетучится. Она наказала его вечностью, уродливым лицом и полным одиночеством. Он не хотел жить, но и умереть не мог. Лишь месть вносила некоторое однообразие в будни бессмертного. Его бесила кажущаяся безобидность Алисы. Он слишком хорошо помнил эти губы, шептавшие проклятие, чтобы поверить им вновь.
Но что с ней делать, Нил еще не решил. Вечно держать в подвале нельзя, люди на редкость хрупкие создания, умрёт ещё раньше времени.
***
Факел выцепил из темноты маленькую скрюченную фигурку на матрасе, которая щурилась от внезапного яркого света, пытаясь разглядеть своего тюремщика.
Сомнение царапнуло Нила - а не перегибает ли он палку? Но тут же отмахнулся от этой мысли, увидев с какой холодной яростью Алиса на него взирала. Удивительно, как в ее незавидном положении, она умудрялась смотреть свысока. Когда-то ему в Цаски это нравилось, сейчас же он хотел стереть с ее лица надменное выражение.
Он разрезал путы, отстраненно подумав, что вероятно ей сейчас будет больно как от тысячи иголок разом вонзившихся в тело.
Алиса молчала, так крепко сжав зубы, что заходили желваки. Она боялась, что если начнет говорить, то свое положение лишь усугубит. Может быть он не собирается убивать её прямо сейчас, стоит ли провоцировать?
Нил тоже молчал. Уже не скрывал истинных чувств - Алиса отчётливо читала в его глазах жгучую ненависть и презрение.
Молодая женщина неловко поднялась, придерживаясь за влажную стену, и поморщилась, она не очень-то любила огромных мужчин взирающих на всех с высоты своего роста словно на пыль под ботинками. Его близость, грозила разнести к чертям план сохранять холодным разум, сердце отбивало барабанную дробь, а Алиса боролось с желанием стереть с его лица эту злобную ухмылку. Вообще-то она всегда была против насилия, но в этой ситуации ей не казалось ей таким уж ужасным применение физической силы. Хотя, отстраненно подумала Алиса, даже ее 10 лет фитнес-стажа, ничто против этой горы мышц. Почувствовав запах алкоголя и табака, Алиса отчего-то развеселилась. О, это определенно что-то личное, чтобы соизволить посетить ее скромную персону, он предварительно напился. Для смелости?
- Вы пьяны, - констатировала она очевидный факт, скрестив руки на груди.
Лицо Нила исказилось яростью и он сомкнул руки на ее шее, недостаточно сильно, чтобы доставить неудобства, но более, чем достаточно, чтобы продемонстрировать, что при желании он переломит ее как тростинку.
- Цаски.
Опять это имя из сна. Алиса поморщилась, изо всех сил игнорируя чувства, которые вызывали в ней его горячие руки.
- И кто, черт побери, эта Цаски? - она мысленно себя похвалила за самообладание, голос как ледышка, не дрогнул.
- Ты и сама знаешь, не так ли? - снова эта его жуткая ухмылка.
- О, будет крайне мило с вашей стороны все-таки просветить меня на этот счет, - Алиса набралась смелости и скинула его руки с шеи, он казалось не обратил на это внимание.
Он на миг прикрыл глаза, словно что-то обдумывая.
- Вы не можете, просто взять и похитить меня без причины, - Алиса сморщила нос, подумав, что сморозила глупость. - То есть я хочу сказать, что похищать людей в принципе плохо. Если мой кот сдохнет от голода, я вас убью, клянусь.
- Ты уже пыталась однажды.
Алиса оценивающе посмотрела на его шрамы.
- О, дорогой, если бы я хотела это сделать, то сделала бы, не сомневайтесь. И если девица, которую вы упорно принимаете за меня, оставила эти шрамы, то вот информация для размышления - или она чокнутая садистка, и хотела перед смертью помучить, или смерти в списке планов и не было. И я серьезно насчет кота, его надо забрать.
- Я бы на твоем месте помалкивал, - Нил раздраженно скривился.
- Какое счастье, что вы не на моем месте.
Она его не боялась, или очень хорошо это скрывала, и Нила это странным образом успокаивало. Она была старше, чем Цаски, лет на десять, это было видно и по первым морщинкам в уголках зеленых глаз, и в том с каким достоинством она держалась. Сейчас Нил понимал, что Цаски была почти ребенок, и где-то царапнула мысль - а как всё могло сложиться, если бы тогда она была старше? Так ли важно для нее было бы мнение семьи, или она бы достаточно окрепла, чтобы иметь свое?