Выбрать главу

На нама-хатте меня поддержали в тяжелый момент. Даже не представляю, как бы я отнеслась к этому известию, если бы не было рядом преданных.. Мы прочитали круг джапы за моего папу, поговорили о том, что нам тоже всем предстоит через это пройти. Вечером я съездила к преданным, которые неделю назад приехали из Индии, и взяла у них воду Радха-кунды. Уснув только под утро, я увидела папу во сне: он стоял в коридоре квартиры и куда-то собирался. Вид у него был очень спокойный и умиротворенный. Я и мои сестры стояли и смотрели на него. Я позвала его к нам, он подошел, мы все его обняли, и я сказала, что мы его очень сильно любим, и все поцеловали его в щеку, при этом почему-то среди нас оказался мой сын Тимофей, он тоже поцеловал дедушку. После этого отец сказал, что ему нужно идти, и, посмотрев очень пристально на меня, сказал, чтобы я сделала то, что собираюсь сделать. При этом я проснулась, а утром села на поезд и поехала на похороны. Приехав, я увидела, что мама и сестры держатся, плачут, только когда никого рядом нет. Когда привезли тело, мы попросили, чтобы нам дали 10 минут побыть с ним — дочерям и жене. Когда человек умирает от сердечного приступа, лицо у него после этого остается черным, а остальное тело нормальное. Когда я достала воду священного озера, сестры помогли расстегнуть одежду, чтобы открыть шею. Я омыла лицо, шею и руки. Я этого не видела, но сестры говорят, что в этот момент чернота прямо на глазах стала сходить. Я увидела, что тело расслабилось, и папа стал улыбаться. Это потом видели все: он лежал и улыбался. Этот факт мою маму очень успокоил. А потом начали приходить люди — все соседи, близкие и дальние родственники, коллеги по работе.

Никто ничего не знает о том, что такое Смерть. В этот момент это слово произносилось уважительно и с большой буквы. Единственное, что нам сказали тетеньки, православные христианки: «Был у вас папа, а теперь его нет!» А еще очень много всяких суеверий. На следующий день были похороны, после которых я вернулась в Томск, домой. Вернулась я с чувством выполненного долга и пониманием того, что смерть — это так просто, взял человек и оставил тело. Но в тоже время Смерть — это самый серьезный экзамен, который нас ждет, и не нужно его бояться — нужно к нему готовиться.

Большое спасибо матаджи Марине из Омска, которая настояла на том, чтобы я это написала. Большое спасибо моим мужу Ишанананде Гауре прабху и сыну Тимофею за то, что пережили мою поездку на похороны папы. И самое большое спасибо Кришне за то, что Он устроил все именно так.

Ладжа Сакхи деви даси (Томск)

В середине февраля позвонила тёща и сказала, что у Лажди Сакхи умер от инфаркта папа. Жена узнала об этом во время нама-хатты. Преданные посоветовали омыть тело отца священной водой.

За пару дней до этого из Вриндавана вернулись наши друзья, семейная пара. Они сказали, что привезли немного воды из Радха-кунды и могут нам её отдать. Это нас очень обрадовало, так как это самое священное озеро в мире. На следующий день жена отправилась поездом к родителям, в с. Яшкино, что в 3-х часах езды от Томска. Я остался с маленьким сыном дома.

Когда она вернулась, я услышал следующую историю.

Собрались родственники, в такие моменты разговоры о загробной жизни, Боге, ранее вызывавшие только раздражение или усмешки, становятся основной темой. Ладжа Сакхи, её мама и две сестры вошли в комнату с телом отца. Люди, умирающие от инфаркта, обычно имеют очень тёмный цвет лица, буквально чёрный, в этом случае всё было именно так. Ни у кого не вызвало вопросов или непонимания желание моей супруги омыть тело священной водой из Индии, она омывала грудь и руки отца, и в тот же момент мать и сёстры увидели, как изменился цвет и выражение лица у тела. Лицо сильно посветлело, а на губах появилась улыбка...

Ещё ей был сон, в котором отец приходил попрощаться, он обнял её и ушёл. Сон хороший, светлый. Затем жена нашла фотографию, где он один, и сорок дней предлагала отцу маха-прасад от Божеств.

Таких дочерей называют путрики. В древности родители хотели рождения именно сына. Старший сын назывался путра — «освобождающий из ада», тот, кто проводит посмертные обряды, позволяющие родителям избежать ада. В Законах Ману сказано, что если в семье нет сыновей, обряды может провести надлежащим образом обученная старшая дочь.